В связи с пандемией коронавируса Журнал КИМ взял интервью у эксперта Корейской медицинской ассоциации, профессора медицинского факультета университета “Корё” Чхве Джэука (최재욱). Наш корреспондент Мэн Сехи (맹세희) поинтересовалась у профессора Чхве, как обстоят дела в Корее на данный момент и чего нам ждать в будущем.
Видеозапись интервью
КИМ: Всем нам известны данные по количеству лабораторно подтвержденных диагнозов коронавирусной инфекции в Южной Корее. Их число недавно перевалило за 9 тысяч. Но изучался ли вопрос, сколько на самом деле в стране заражённых людей, включая тех, у кого никто никогда не брал анализы, тех, у кого болезнь протекает легко? [Этот вопрос и ответ на него не вошли в видеозапись интервью. — Прим. ред.]
ЧХВЕ ДЖЭУК: Действительно, очень важно знать, сколько у нас заразилось людей, включая и тех, кто уже переболел, и тех, которые болеют сейчас, и тех, у кого нет симптомов, но есть вирус. Однако у государства сейчас не хватает ресурсов для таких исследований и оно пока как-то медлит с этим.
КИМ: Добилась ли Корея замедления в распространении коронавируса?
ЧХВЕ ДЖЭУК: Нет. Хотя цифры становятся меньше, это означает только то, что удалось более или менее взять под контроль очаги массового заражения и трансмиссионные кластеры в городе Тэгу и провинции Кёнсан-Пукто. В этом смысле можно говорить о замедлении. Но, если исключить из рассмотрения массовое заражение в секте Синчхонджи, в провинции Кёнсан-Пукто и городе Тэгу, то точные данные об инфекции по всей стране пока не установлены. В частности, можно ожидать большого количества заражённых там, где высока плотность населения, включая столичный регион — Сеул и провинцию Кёнгидо. Всемирная организация здравоохранения, власти Великобритании и Германии — все говорят, что 40–60 процентов населения будет заражено. В Корее это от 20 до 30 миллионов человек. Сейчас мы знаем о примерно 10 тысяч подтверждённых случаев, но реально заражённых намного больше. Тут вопрос в скорости распространения инфекции: многое зависит от того, будут ли люди заражаться быстрыми темпами или это будет происходить в течение длительного времени — 1–2 года. Большинство людей будут заражаться и выздоравливать, не обращаясь в больницу, даже не замечая болезни. Инфекция продолжит распространяться, и поэтому нам нельзя успокаиваться.
КИМ: Сколько времени пройдёт, прежде чем эпидемия закончится?
ЧХВЕ ДЖЭУК: Это трудно предсказать. Никто вам этого не скажет. И это так во всём мире. Например, эпидемия MERS уже практически завершилась. Но в нашем случае коронавирус прижился, поэтому есть опасения, что он снова появится осенью или в следующем году, и дальше будет снова появляться.
КИМ: 7 марта, замминистра здравоохранения Ким Ганнип (김강립) сообщил репортёрам, что анализы 9–10 процентов обычных граждан в Тэгу оказались положительными. Правильно ли мы поняли заместителя министра? Ведь из его слов можно понять, что в одном только Тэгу могут быть сотни тысяч заражённых…
ЧХВЕ ДЖЭУК: Когда в Тэгу брали анализы, у 9–10 процентов людей были положительные результаты, то есть подтверждалось заражение. Получается, что 240 тысяч человек только в Тэгу заражены. Но, конечно, не у всех брали анализы. [Во время интервью профессор сказал о 140 тысячах заражённых, исходя из того, что население Тэгу — 1,4 млн чел. Население этого города — 2,4 млн чел. — Прим. ред.]
КИМ: Кого в Корее тестируют на коронавирус?
ЧХВЕ ДЖЭУК: Если вы приходите в больницу или в центр определения очередности оказания помощи пострадавшим (선별진료소) с симптомами простуды, температурой, то там врачи решат, сдавать вам анализ или нет. Если они решат, что надо, то это будет бесплатно. Но если врачи не рекомендуют, то за анализ вам придётся платить.
КИМ: Надо ли брать анализы у всех?
ЧХВЕ ДЖЭУК: Необходимости нет. Ни в одной стране мира такое не делается. Первым делом надо поставить диагноз тому, у кого есть симптомы, и подтвердить его. Потом проводить лечение. Зачем брать анализы у тех, у кого нет симптомов? Можно провести выборочное исследование позже, но крупномасштабное обследование всего населения страны не нужно.
КИМ: Изолируют только больных в тяжелом состоянии?
ЧХВЕ ДЖЭУК: Нет. Все пациентов держат в карантине. Люди с лёгкими симптомами живут не в больницах, а в специальных карантинных центрах, где есть врачи и медсёстры. Те 20 процентов, у которых воспаление лёгких или другие серьёзные симптомы, отправляются в больницы, а особо тяжёлые больные помещаются в палаты интенсивной терапии. Таким образом, всех лечат по-разному.
КИМ: Правильно ли мы понимаем, что текущая стратегия корейских властей — замедлить распространение вируса, чтобы не вызвать коллапс системы здравоохранения, как в Ухане и Италии?
ЧХВЕ ДЖЭУК: До сих пор мы сосредотачивали усилия на выявлении инфицированных и тех, с кем они контактировали, чтобы предотвратить дальнейшее распространение инфекции. Но сейчас таким способом очень трудно остановить эпидемию. Инфекция уже распространилась, и люди даже не знают, что они, может быть, уже соприкасались с больными, заразились и теперь распространяют инфекцию. Болезнь трудно заметить, потому что вначале симптомы обычно слабые. В общем, прежняя схема с помещением больных и их контактов на карантин, которая работала на начальном этапе, сейчас уже не работает. Теперь мы сосредотачиваем усилия на очагах массового заражения. Но этого недостаточно, поэтому три недели назад у нас началась кампания по “социальному дистанцированию”. Эти две последние меры имеют самый большой эффект. Социальное дистанцирование очень важно. Его применяют и в США, и в Европе, и в Корее. Китай на начальном этапе так же делал — нельзя выходить из дома, ходить на работу. Это тоже было социальное дистанцирование. Ну, а самая мощная мера — это полная блокада.
КИМ: А блокада где-то уже применялась?
ЧХВЕ ДЖЭУК: Пока нигде в мире полной блокады не было, кроме Китая и северной Италии. Блокада была бы, наверное, возможна несколько сотен лет назад, в Средневековье, но в современных демократических обществах такие случаи редки. Не знаю насчёт России… Думаю, только в коммунистических странах вроде Китая такое возможно, не в демократических.
КИМ: Если 40–60 процентов людей переболеют, у них выработаются антитела, будет иммунитет?
ЧХВЕ ДЖЭУК: Конечно. Люди, которые переболели, будут иметь антитела, приобретут иммунитет. Если вы переболели, вы не заболеете снова.
КИМ: Каков инкубационный период — две недели или больше?
ЧХВЕ ДЖЭУК: На данный момент считается, что до двух недель. Конечно, в этом мире ничего никогда не бывает на сто процентов. Некоторые люди могут заболеть и позже, чем через две недели, кто-то будет лечиться дольше других. Но это всё будут исключения. Пока — в среднем до двух недель.
КИМ: В Корею эту болезнь нередко называют “уханьской пневмонией”. Так правильно говорить?
ЧХВЕ ДЖЭУК: Так можно сказать. Смерть наступает в результате пневмонии. Пневмония — главный симптом.
КИМ: Берут ли в Корее анализы на коронавирус у всех больных пневмонией?
ЧХВЕ ДЖЭУК: В принципе проверяют всех, кроме каких-то особых случаев.
КИМ: Правда ли, что в Италии такие высокие показатели смертности от коронавируса, потому что там берут анализы у всех умерших?
ЧХВЕ ДЖЭУК: Я так не думаю. Конечно, такую возможность надо иметь в виду, но у нас пока нет эпидемиологических данных, которые бы это подтверждали. То есть это пока предположения. Похожа ли корейская ситуация на итальянскую, тоже пока трудно сказать. Нужны будут дополнительные исследования в будущем.
КИМ: Говорят, что вирус распространяется через капли, но ведь есть исследования, которые показывают, что вирус может передаваться по воздуху?
ЧХВЕ ДЖЭУК: Да, может. Об этом давно уже говорили. Но нельзя сказать, что заболевание передается только воздушным путём, и на открытом воздухе вероятность заразиться невелика. Исследования на эту тему проведены в США Национальным институтом здравоохранения совместно со многими университетами, и они имеют большое значение. Это были первые исследования непосредственно нового коронавируса. До этого подобных исследований не было. И как было показано, в закрытом помещении через 3 часа оставалось до 12,5 % вируса. То есть в течение 3 часов риск заражения сохраняется. Это очень важный результат. Если заражённый человек просто прошёл мимо, это не очень опасно, но, например, если работник в офисе болеет, то это проблема, так как вирус постоянно поступает в воздух помещения. В общем, распространение по воздуху можно считать полностью доказанным. Но это мы говорим о закрытых помещениях, не об открытом воздухе. Если бы вирус выживал в течение 10 дней или месяца, тогда он мог бы распространяться и на открытом воздухе. Но с трёхчасовым периодом выживания мы можем говорить только об ограниченном распространении по воздуху. Жалко, что многие учёные и работники санитарно-эпидемиологических служб долго не признавали факта распространения по воздуху.
КИМ: В Корее иногда говорят о “политической профилактике”, то есть о вмешательстве политики в вопросы борьбы с эпидемией…
ЧХВЕ ДЖЭУК: Да, такое есть. Я бы сказал, это не “политическая профилактика”, а, точнее, политическое вмешательство в профилактику, когда реальная профилактика приносится в жертву политическим соображениям. Это моё мнение неоднократно было опубликовано в СМИ. Так нельзя делать. Политика не должна вмешиваться в эти дела. Если вместо профилактики думать о Китае, о выборах, то ничего не выйдет.
КИМ: Надо ли было с самого начала закрывать въезд для китайцев?
ЧХВЕ ДЖЭУК: Конечно. Сейчас об этом уже как-то не говорят, но подумайте сами [показывает картонную салфетницу]: вот наша страна, и вот сюда [в отверстие салфетницы] приходит вирус из Китая. Сначала проблема возникает здесь [на входе]. Мы же на полуострове, и если мы здесь остановим вирус, инфекция не сможет к нам проникнуть. Если бы мы сразу поставили заслон, у нас бы не было сейчас 9 тысяч заражённых людей. А теперь вирус уже проник сюда и распространяется повсюду. Теперь уже, если приедет сколько-то ещё людей из-за границы, это уже будет незаметно. Конечно, [контролировать приезжающих из-за рубежа] тоже важно, и вызывает беспокойство, что из Европы к нам прибывают инфицированные, но, вообще говоря, инфекция уже распространилась по стране. У нас будет 40–60 процентов [переболевших]. С какой скоростью это произойдет? Если быстро, то будет, как в Италии, а если мы всё сделаем правильно, то будем иметь 40–60 процентов через 1–2 года, и наши медики успешно справятся. Если всё будет хорошо. Именно это важно, а не то, что кто-то приезжает из-за границы.
КИМ: Как вы оцениваете уровень профилактики и лечения инфекционных заболеваний в Корее?
ЧХВЕ ДЖЭУК: Наша медицина находится на мировом уровне. Поэтому-то смертность от коронавируса остаётся низкой. Но если говорить о профилактике, то хоть она и на уровне выше среднего, но проблемы есть.
Насколько мне известно, в СССР и Северной Корее профилактика лежала в основе медицины. И действительно, профилактика имеет большое значение. Но в капиталистических странах ей уделяли меньше внимания. Дело не в самом капитализме. Просто в Корее профилактическая медицина не очень развита. Хорошо бы, если бы профилактика у нас поднялась до уровня клинической медицины. Государственные медицинские органы, включая санэпидемслужбу, работают не очень хорошо. Разрыв с частной медициной очень велик. Лучшие специалисты, медики работают в частном секторе. Они героически трудились в борьбе с эпидемией. Им помогали обычные люди, участвуя в социальном дистанцировании. Активное диагностическое тестирование на коронавирус, разработка аппаратуры для диагностики — всем этим занимаются частные лица и компании, а не правительство. Правительство вообще не очень хорошо действовало, проводило непонятную политику, не сумело предотвратить проникновение коронавируса в страну и вспышку инфекции в городе Тэгу и провинции Кёнсан-Пукто.
КИМ: Вспышка в Тэгу была из-за секты Синчхонджи?
ЧХВЕ ДЖЭУК: Да, из-за Синчхонджи. В мире много подобных религиозных групп. И в Америке много, и у нас. В каком-то смысле нам просто не повезло. Несколько сотен или тысяч людей собирались вместе, молились, и там возник очаг заражения. То же самое могло бы произойти и в любой другой христианской церкви или в мечети. Посмотрите на Иран.
КИМ: Что надо делать каждому из нас?
ЧХВЕ ДЖЭУК: Мойте руки. Носите маски. Это то, что должен делать каждый. И по согласованию между государством и обществом осуществлять социальное дистанцирование.
***
Источник: https://zhurnalkim.com/?p=2378
Мы в Telegram
Комментариев пока нет, но вы можете оставить первый комментарий.