Время собирать

Речь пойдет о создании Музея истории корейцев Узбекистана

       В начале 70-х годов прошлого столетия меня пригласили на свадьбу в колхоз «Политотдел». До начала торжества оставалось довольно много времени, и я решил прогуляться  по поселку. И встретил знакомого фотокорреспондента АПН Алексея  Варфоломеева.

     — Понимаешь, старик, — сказал он, обращаясь ко мне так, как было принято в редакциях газет того времени, — шеф просил  прислать что-нибудь экзотическое, вот я и решил приехать в корейский колхоз. Что посоветуешь снять?

      Вот тогда ко мне пришла необдуманная мысль – потащить его на свадьбу.  Почему необдуманная? Да потому что  он поломал  заведенный ритуал свадебной церемонии, заставил нескольких женщин надеть корейский «ханбок» (национальное платье), стучать в корейский барабан.  И еще Алексей велел вынести  мешок с рисом, чтобы невеста ступила на него, выходя из машины.  А до  этого, чтобы  метров  двадцать машину толкали родственники жениха. Словом, получился живописный спектакль, пронизанный национальным колоритом, и все сценки которого были засняты искусным мастером.   Но как  были насуплены лица родителей жениха этим непрошенным  режиссером, который затянул свадебную церемонию.  И  как  потом радовались, когда Алексей завез им  редкие по тем временам цветные фотографии.

     Я вспомнил это забавный случай  вот почему.  Когда Алексей фотографировал поднос с «кукси», стали искать палочки, и нашли их только у третьих соседей. А «ханбок» и барабан  позаимствовали из гардероба кружка художественной самодеятельности  Дворца культуры.  А ведь всего прошло каких-то 30 с лишним лет после переселения, и уже в обиходе корейцев не оказалось ни палочек для еды, ни национального платья.  Грустно.

     Понятно, что революции, войны, переселения и прочие потрясения не способствуют сохранению  родовой памяти, традиций, устоявшегося уклада жизни.  На смену старым понятиям приходит новое, и хорошо если это новое — прогрессивное.     Все, что отжило, принадлежит уже истории,  и, чем дальше  мы уходим от событий, тем быстрее отжившее стирается из памяти. Особенно, когда,   как в древности, не было  ни письменности, ни книгопечатания,  фототехники. Десятки тысяч служителей истории по всему миру ведут археологические раскопки, собирают свидетельства материальной и нематериальной культуры. Как жили наши  прародители,  о чем мечтали и к чему стремились? Чем лучше мы узнаем прошлое, тем полнее ощущаем настоящее  и яснее представляем будущее.  Тут и простой человеческий интерес, и зрелое философское понимание диалектики жизни.  Кто мы, откуда, куда?

     На долю корейской диаспоры СНГ выпало всего вдоволь. А  переселений было даже два: из Кореи в Россию, а потом из России в республики Средней Азии. В первый раз шли с котомками на плечах, в которых мало что  умещалось.  Так что многое начинали с чистого листа.  Второе переселение совершали уже в товарных вагонах, куда тоже много чего не возьмешь.  И опять  все  по-новому – строить, обживать, налаживать.  И  чем выше достаток, тем быстрее меняется уклад жизни.  А чем выше уровень образования, которое, получаешь на чужом языке, тем быстрее забываешь свою речь, и не только ее. Стираются национальные черты.  В 85-м году опять же прошлого века, довелось мне сопровождать по корейским колхозам Узбекистана удивительную гостью из США — профессора русского языка и литературы из США , американку корейского происхождения госпожу Син Ен Дя.  И в каждом доме она пыталась найти приметы того, что здесь проживают корейцы. Таковыми были  комнаты с отапливаемым полом , «гудури» по коремальски, низенькие стульчики – «моктосаи». А во дворе на веревке сушатся листья капусты («сироги») и стручки перца.  Где-то еще сохранились выдолбленные половинки тыквы-горлянки («пагади»).  И гостья была несказанно рада видеть эти знакомые и родственные ей приметы соплеменников. После своей командировки, а совершала она ее по заданию крупнейшей южнокорейской газеты, она написала книгу о  советских корейцев. Так что госпожа Син Ен Дя наряду с профессором-тюркологом Хельсинского университета Ко Сон Му, была первой, кто поведала родине предков о живущих в СССР соплеменниках.

     А ведь за пределами Кореи проживает около 8 миллионов корейцев.   Больше всего в Китае – 2 миллиона, затем в США – около миллиона, в  Японии – 700 тысяч  и так далее.  В СССР проживало свыше полумиллиона коре сарам. В Узбекистане сейчас насчитывается порядка 170 тысяч. Это  не только   самая  многочисленная корейская диаспора из стран СНГ: именно в этой республике корейцы добились высочайшего признания во всех областях трудовой деятельности человека, карьерного роста, когда   корейца-иммигранта  даже назначали на должность  вице премьер-министра.  И когда Республика Корея, совершив стремительный экономический рывок,  начала экономическое  завоевание мира, то не случайно обратила внимание     на Узбекистан и Казахстан, где уже была создана благоприятная  имиджевая  обстановка для корейских инвесторов.

     Корея многие века была закрытой страной. И только в  19-м веке  корейцы  сотнями стали покидать родину в поисках счастья. Главным образом, в Китай, а потом в Россию.  В начале 20-го века потянулись в Америку, а с началом колониального   периода —  в Японию. В городе Инчоне  есть Музей иммиграции, но там  большая часть экспонатов посвящена  корейцам, уехавшим в Америку. Его сотрудники приезжали в Ташкент поживиться  материалами, и были сильно разочарованы, что  корейцы  Узбекистана даже не приступали к созданию собственного музея. А ведь история  коре сарам  — это составная часть современной истории Кореи и, может быть, одна из самых ее ярких  страниц. Потому что корейским сынам довелось участвовать во всех драматических событиях  20-го века, происходивших на одной шестой части планеты. Первая мировая бойня, революция, гражданская война, Великая отечественная… И красной нитью походит через все события антияпонская борьба.

      Да, мы не приступали к созданию музея, но это не значит, что не думали об этом. С самого начала культурного движения мечта — собрать, сохранить  и выставить на всеобщее обозрение  свидетельства  жизни коре сарам вдали от родины предков, пронесших через пространство и время мечту о счастливой жизни, — не оставляла  нас.  Чтобы дети наши знали, какая суровая  доля выпала на плечи старшего поколения,  и ценой какого трудового  и духовного подвига оно было с честью вынесено.  Чтобы знали и помнили, как узбекский народ принимал переселенцев, обогревал теплом и заботой. Чтобы не прерывалась связь поколений, связь времен. Частично эти мечты воплотились в дом-музеях, посвященных Ким Пен Хва и Хван Ман Гыму.   Но не было возможности приступить к исполнению главной мечты – созданию единого Музея истории корейцев Узбекистана. Ведь помимо желания нужны условия – помещение, материальные средства, команда энтузиастов.

      Сегодня такие условия появились – у нас есть прекрасный Дворец культуры, большая территория вокруг него, где можно построить здание по специфическому проекту. И проект такой, кстати, тоже уже есть. И главное, создана сплоченная команда активистов во главе с Виктором Паком, которая на деле доказала, что ей многие задачи по плечу. Достаточно привести такие примеры, как грандиозное празднование Чусока, юбилейные торжества, посвященные столетию Хван Ман Гыма, создание художественного фильма, постановку спектакля.

      Есть время разбрасывать камни, и время собирать их.  У корейцев Узбекистана появился уникальный шанс найти и собрать воедино разбросанные свидетельства о том, как жили и трудились, страдали и любили наши дедушки и бабушки, отцы и матери. Давайте все вместе с четким понимание того, что «если не мы, то никто», начнем собирать наш общий Музей. Время для этого настало.

Владимир КИМ (Ёнг Тхек),

Заслуженный журналист Узбекистана, писатель.       

 

СПИСОК

раритетов, которые могут представлять интерес для Музея истории корейцев Узбекистана.

Прочитай сам и сообщи друзьям,  знакомым.

1. Документы

— паспорта, удостоверения личности, военные книжки, виды на жительство, водительские права, билеты различных обществ, проездные билеты и тому подобное довоенных лет;

— почетные грамоты комсомола, профсоюза, различных сельхозвыставок, за ударный труд, от правительства и президиума, от любых организаций до 90-го года

— свидетельства о награждении правительственными наградами, премиями, званиями, об окончании школы, дипломы и удостоверения об окончании различных курсов до 50-го года;

-справки об освобождении из лагерей, постановления суда, решения о реабилитации, банковские и иные квитанции до 90-го года;

— деньги, облигации;

— чокпо (семейная родословная о генеалогии рода);

— книга гаданий – хоракси;

— плакаты, листовки, афиши, вырезки газет и журналов с материалами о корейцах;

— театральные билеты   и афиши корейского театра.

2. Награды

— военные и трудовые ордена и медали для фотографирования с указанием имени награжденного;

— трудовые и спортивные призы — кубки, памятные знаки и тому подобное до 60-го года;

— именное оружие (для фотографирования);

— другие награды и призы.

3.Книги

— учебники корейского язык, словари, самоучители, песенники, изданные в СССР;

— художественная литература (проза и стихи) на корейском языке, изданная в СССР;

— любые другие издания на корейском языке до 90-го года;

— дневники, интересные записи, письма, посвященные корейской тематике до 50-года.

4. Фотографии

— любые интересные фотографии до 60–го года. Все отобранные фотографии будут отсканированы и с благодарностью возвращены обратно владельцу вместе с электронной копией на диске.

5. Предметы домашней утвари

— любая утварь, изготовленная до 1950 года, своими силами или на производстве. Особую ценность представляет утварь, привезенная переселенцами из Кореи, с Дальнего Востока – посуда, ложки, палочки и прочее.

6. Предметы домашнего обихода

— предметы обихода – шкатулки, сундуки, столики, ширмы, курительные принадлежности (трубки, кисеты, пепельницы), очки, веера и прочее;

— ножницы, опасные лезвия, перочинные ножики, плошки, инструменты, расчески, зеркальца, мебель, ручные машинки для стрижки волос, фотоаппараты, швейные машинки, граммофоны, патефоны и прочее, изготовленные до 41-го года.

7. Сельскохозяйственный инвентарь

— орудия индивидуального труда – тяпки, нады (корейский серп), баи, ступки с пестиками и многое другое.

8. Национальная одежда до 50-го года
9. Игрушки – до 50-го года
10. Предметы для игр и развлечений

 — хато, корейские шахматы, рогатки и тому подобное, сделанное до 50-го года.

11. Школьные принадлежности

— тетради, ручки, перья, сумки, пеналы, циркули и прочее, бывшее в употреблении до 50- го года.

12. Изобразительные произведения

— картины, рисунки, иллюстрации, различного рода поделки, произведения прикладного искусства.

13. Все, что может сегодня представлять историко-познавательную ценность о жизни прошлых поколений корейской диаспоры.

Контактные телефоны: (+998) 90 991 6900, 97 721 0952, 90 176 5729.

***

Источник: Газета “Корейцы Узбекистана” 21(25)

Мы в Telegram