Он выразил душу своего народа

Вячеслав Ли

Как передать очарование настоящей музыки? Не передашь никак. Только несёшь его бережно в своей душе. Так и с акварельными работами Анатолия Лигая — взглянешь на них и, захваченный какой-то магией, долго не можешь опомниться.

Анатолий Дмитриевич — певец земли, на которой прошли его ранние годы, где он прожил свою жизнь. Его акварель завораживает. Она — неброская, окутана некой печалью, глубокой мудростью. Он — лирик по мироощущению. Он сумел по-своему, неброско, как-то застенчиво передать красоту окружающего нас мира.

Вспомнить его произведения?..

Сразу приходит на память мой сородич, несущий на спине мешок с семенами. А слева и справа — весеннее поле, гладь воды. С ним не только мешок, но и его думы. О пашне, которую он должен пройти вдоль и поперёк. Об осени, что, несомненно, должна быть урожайной. О жизни — прошлой, настоящей и грядущей…

Речка. Островок посередине её. На нём — несколько деревьев, тоненьких, с редкой листвой… Нет, это не речка, думаешь невольно, а само время, очень быстрое, необратимое. Не деревца на островке, а люди, протягивающие руки …

Что ещё?

Поздняя осень. Пахнет близкой зимой. Опять же сородич — не отец ли мой? — перед глазами. Он идёт cо снопами камыша на спине. И я мысленно возвращаюсь в далёкое детство, в пятидесятые годы минувшего века — родной дом, ондоль, что топится тем камышом… Гляжу на картину — вот-вот с хмурого неба, кружась, падает первый снежок, холодновато. А за рамкой — воображаю я — тепло очага, родные люди…

В большинстве своих картин Анатолий Лигай показал узнаваемую нами реальность. Но это на первый взгляд. Его реальность внутренне весьма сложна, полна коллизий. Конечно, всё зависит от уровня зрителя, стоящего у акварелей художника. Кто-то воспримет одно, а кто-то другое.

Как прочитать его работы? Как их осмыслить?.. Старик. Прислонился к огромному дереву. Тут возникают в уме параллели — мы и вечная природа. Или, например, багровая — другого слова не подберёшь — вечерняя заря. А перед ней куда-то спешащий по снегу человек…

Анатолий Лигай — мастер пейзажа. Пейзаж — нашему глазу привычный, обыденный — в его акварельных работах предстаёт одухотворённым, напоенным философией. Мне, зрителю, всегда хочется войти в его картины — вот такое неосознанное желание. Я всегда ощущаю в них присутствие человека. Моего современника. С его постоянными вопросами к себе и к жизни. В произведениях художника я слышу чарующую мелодию. Она меня трогает, завораживает. И мне самому хочется творить. Непостижимое воздействие. В этом, думается, сила и притягательность непростых произведений Анатолия Лигая.

Его детские, школьные годы прошли в колхозе имени Димитрова Нижнчирчикского района Ташкентской области. Средняя школа. Затем ташкентское училище имени Бенькова, театрально-художественный институт имени А. Островского. Позже он преподавал там же около десяти лет. А до этого — работа в издательстве.

С ранних лет он рисовал, оформлял стенную газету в школе. Жадно впитывал жизнь, вглядывался в неё, замечал то, мимо чего другие проходят. Страстно хотел учиться в ленинградской Академии художеств имени Репина. Однако не прошёл по конкурсу, Несколько месяцев поработал в северной столице. Неосуществлённая мечта всё время терзала его — он часто говорил о ней.

И всё-таки Анатолий Дмитриевич в своём творчестве достиг завидных вершин, какие не всякому покоряются. Об этом красноречиво говорят его прекрасные работы.

Какая же школа у него? Конечно же, мировая. И прежде всего — русское искусство. Любуешься творениями Анатолия Лигая и вспоминаешь Шишкина, Саврасова, Левитана, Васильева, Поленова…

В акварелях Анатолия Дмитриевича ощущаешь влияние мастеров древнего Востока. Несомненно — корейских. Генетической памятью, непосредственным знакомством и изучением — он несколько раз побывал на исторической родине, в стране утренней свежести.

Душою Анатолий Лигай был оттуда, с Кореи. Мудр, нетороплив, немногословен. Но если он скажет, то скажет веско, порою с иронией. Его оценки работ коллег по творчеству были точными, верными и глубокими.

Он и себя судил весьма строго. Знал, что он может, где он слабина что способен, безупречно владея кистью. Он обладал необходимым чувством настоящего художника — чувством пути. Он был в начале нового витка творчества. Хотел серьёзно работать маслом. Показывал мне несколько вещей, очень прекрасных, написанных изящно, с одержимостью.

Пробовал Анатолий Дмитриевич изменить манеру письма. Она ему удавалась…

Как жаль, что скоропостижная смерть — он страдал сердцем! — помешала Анатолию Дмитриевичу выполнить в полной мере то, что он задумывал. И всё же, я полагаю, он решил сверхзадачу художника — ему в высшей степени удалось своими произведениями выразить душу своего народа, откуда он вышел.

Душу, полную внутреннего достоинства, красоты, затаённой прелести, твёрдости…

 

… Предвкушая хорошее, я спешил в его мастерскую. Это была тесная комната, рядом с его небольшим домом. Я любил, не замечая времени, подолгу глядеть на картины Анатолия Дмитриевича, слушать то, что он говорил … И всегда уходил от него душой обогащённый. Светом. Радостью. Энергией. Своими новыми замыслами. Думаю: таким должен быть настоящий художник — чтобы от него и от его работ светился огонь, огонь творчества. И чтобы возле этого огня было хорошо всем нам. Чтобы этот огонь заражал и заряжал нас.

Мы с ним происходим из одного древнего королевского рода. Об этом, помнится, не раз толковали, гордясь своими предками. За месяц до неожиданной кончины Анатолий Дмитриевич подарил мне увесистую пачку белой бумаги.

— Твори, братишка!..

Его улыбку, его глуховатый голос, его облик я попытался выразить на одном листе — из того щедрого дара! — когда услышал о непоправимой потери… Она — горько об этом говорить — случилась пять лет назад…

 

ИЗ СОЗВЕЗДИЯ ЛИРЫ

А Толи нету с нами, нету Толи,

хоть отмерь на Земле за пядью пядь.

И плачет ветер-скиталец в декабрьском поле,

заставляя о Толе светло вспоминать.

Я леплю эти сырые строки

на листе, что он мне подарил…

Толины перебираю уроки —

как он над акварелью парил!

Как он был немногословен в мире!

Как он слушал, вниманием лучась!..

Нынче он издалека, из созвездия Лиры

мудро и спокойно разглядывает нас,

наши задумки, идеи, хвори

и нелёгкие наши хлеба…

Он просто смотрит, ничуть не споря

с тем, что делает с нами судьба…

О. будем лучше, добрее будем,

неся на плечах алмазы дней,

Веселясь в праздники, мучаясь в будни,

ища истину в сплетении корней!

Каждому из нас досталась доля —

ничего не прибавить и, увы, ничего не отнять…

Жаль только — с нами нету дорогого Толи,

хоть отмерь на земле за пядью пядь…

Говорят, что незаменимых нет. Говорят, что природа не знает пустоты. Осмелюсь сказать — это совсем не так. С уходом художника Анатолия Лигая стало очень пусто вокруг. Ибо он неповторим и самобытен. Такой, как он — один в изобразительном искусстве корейской диаспоры СНГ.

Вячеслав Ли.

Материал к публикации подготовил Виктор Ан, фото и репродукции Виктора Ана

11.01.2011