Председатель Ташкентского областного отделения АККЦ Виталий Ким после объявления карантина перевел бизнес на удаленную работу и сосредоточился на депутатской деятельности. В его округе расположены три махалли, жизнь которых потребовалось дополнительно организовать с учетом введенных ограничений.
Корр.: Виталий Геннадьевич, какие действия вы, как депутат, предприняли в первую очередь?
В.Г. Ким: В первую очередь мы занялись оповещением населения о всемирной пандемии, профилактических мерах, а также необходимости самоизоляции. Люди жили привычной беспечной жизнью, не особенно задумываясь о Covid-19. Я собрал председателей махаллей Кибрайского района, разъяснил ситуацию, а они распространили полученную информацию среди жителей. Для махаллинских комитетов приобрел громкоговорители. Теперь в случае необходимости председатели и активисты ходят по улицам, делая объявления через мегафон — всем слышно. Также эффективно в таких случаях работают домкомы. Даже если пропадет телефонная связь и исчезнет интернет — мы справимся. Параллельно осуществляли дезинфекцию подъездов многоэтажных домов, оказывали бытовую помощь населению, установили народный контроль со старшими мужчинами во главе – молодежь их уважает и не перечит, у нас с этим строго.
Корр.: Как вы обеспечивали соблюдение карантинных ограничений?
В.Г. Ким: 20-го марта я запретил выходить из дома членам своей семьи, а позже и сотрудников перевел на удаленную работу. Далее, с председателями махаллинских комитетов мы инспектировали район и следили, чтобы жители соблюдали режим самоизоляции. С негативом при этом не сталкивался. Думаю, возмущение в социальных сетях — это единичные реакции от жителей, которые не были вовлечены в жизнь махалли и не отслеживали ситуацию с последствиями распространения вируса. В моем округе не было случаев, чтобы человек послушал и продолжал делать по-своему. У нас люди не такие. И в целом в Узбекистане жители дисциплинированные и небезразличные. Я занимаюсь депутатской деятельностью с 2017-го года и могу уверенно сказать, что народ у нас внимательный, неконфликтный и понимающий. Другой вопрос, как доносить информацию. Например, в Индии полиции выдали палки, чтобы гонять нарушителей карантина, а в США использовали водометы. Для узбекистанцев это дикость. Мы же ходили по домам и объясняли понятным языком: «Вы остаетесь в изоляции не ради себя, а ради семьи. Если вы заразитесь, то заболеют и ваши близкие. Позаботьтесь о себе, сделайте запасы. Не ждите, что к вам придут и все устроят – это личная ответственность каждого».
Корр.: Какие действия предпринимались для помощи людям?
В.Г. Ким: Второй большой задачей после контроля самоизоляции стал вопрос продовольственной безопасности: требовалось наладить регулярные поставки базовых продуктов питания и не допустить взвинчивания цен. Для этого по инициативе Президента мы организовали выездные ярмарки, которые я считаю одной из форм благотворительности со стороны государства. Продуктовые наборы — это разовая помощь отдельным семьям, а ярмарки— регулярная поддержка всего населения. Люди получают возможность купить необходимое по цене раза в два ниже рыночной: картошку до 4,5 тысяч, куриные окорочка от 13 тысяч, говядину от 42 тысяч сумов. Товары отгружаются со складов местных хокимиятов, где председатель махалли берет их по накладной на условиях оплаты после реализации. Наша задача — организовать людей, место, транспорт и контроль цен, соблюсти лимиты по продаже льготных продуктов «в одни руки», проследить, чтобы жители соблюдали требования карантина, держали дистанцию, носили перчатки и маски. При организации выездных ярмарок важно было одновременно соблюсти два условия: обеспечить покупателям свободный доступ к точке продажи и предотвратить скопление народа. В итоге мы стали через мегафон приглашать к прилавку дома по очереди. Сначала планировали проводить ярмарки раз в две недели, а в итоге проводим через день — так люди чувствуют себя спокойнее. Жители видят, что продукты есть, они недорогие и доступные, а дефицита в продовольствии не предвидится – это их успокаивает, а нам дает возможность эффективнее работать с населением.
Корр.: Сталкивались ли вы с завышением цен?
В.Г. Ким: Если цены завышены, значит мы наблюдаем случай недобросовестной торговли. Причина – отсутствие надлежащего контроля. Обычно такое происходит из-за недоработки депутатов и махаллинских комитетов. На видео селекторе депутаты других округов поднимали вопрос цен в махаллинских магазинах, где, к примеру, картошка доходила до 15 тысяч сумов. В таких случаях надо обязательно выходить и работать с населением. Объяснять по-простому, что хоть ты свободный предприниматель, но совесть должна быть. Завтра жизнь станет прежней, но соседи перестанут ходить в твой магазин, зная, что в сложное время ты наживался. В самом начале карантина просил жителей сообщать мне о случаях завышения цен. Но ситуация изначально была под контролем. Я знаю всех предпринимателей, торгующих в махаллях моего округа, и многих водителей, занимающихся частным извозом. На махаллинском совете мы выбрали наиболее добросовестных и привлекли их к организации народных ярмарок. По нашей просьбе военный городок (одна из трех махаллей округа) выделил грузовую машину для перевозки продуктов. Также мы получили разрешительные стикеры для двух автомобилей «Дамас», чтобы председатели махали выезжали для работы с хокимиятами и складами. А теперь представьте, что в сообществе, где люди друг друга знают, неправильно поступил предприниматель, водитель или председатель. У первого завтра не будет покупателей, у второго доверия и клиентов, а третий не сможет работать без уважения и авторитета. Это и есть народный контроль.
Корр.: А как проходили благотворительные акции в вашем округе?
В.Г. Ким:В части благотворительности мы активизировались в апреле. В марте люди еще более-менее перемещались, зарабатывали, пользовались запасами. После объявления о продлении карантина в зоне риска оказались пенсионеры, инвалиды, безработные, многодетные и работающие на непостоянной основе. В трех махаллях набралось 175 семей. Многих из них я знаю лично, бывал у них дома. Однако продуктовые наборы ограничены, поэтому мы с председателями условно выделили три категории:
— тяжелая ситуация;
— трудно, но есть дальние родственники;
— сложно, но рядом хорошие соседи.
Так мы определяли очередность оказания помощи.
10 апреля я сам закупил 12 продуктовых наборов и отправился к нуждающимся. Благотворительность сплачивает, в такие моменты люди открыты и искренне говорят о своих проблемах. Для меня Кибрай — родной округ, хоть выборы прошли только в январе. Помню, когда только начал ходить по домам, то отношение было настороженное: «Кто это? Районный депутат? Зачем пришел? Что случилось?». Ничего не случилось, просто работа такая — общаться с населением, выявлять проблемы и помогать в их решении. Тут недавно избиратели из прошлого округа звонили, так как не знали, что у них новый депутат. Приятно видеть помощь крупных благотворителей, о которых говорят в новостях. Лично передавал нуждающейся семье от Кибрайского хокимията увесистую коробку с надписью «Фонд Ф. Шодиева». Мы — обычная махалля в Ташкентской области. Если до наших людей дошла посылка, значит, и до других тоже все благополучно дошло.
Корр.: А как обстояли дела с благотворительностью до пандемии?
В.Г. Ким: Помощь нуждающимся шла всегда, но я считаю, что не стоит на нее рассчитывать постоянно. Сегодня продуктовый набор есть — завтра нет, а еда должна быть на столе каждый день. Как правило, благотворительность идет из трех источников. Первый — государственная поддержка, распределяемая органами местной власти.Второй — деятельность внутри сообщества. Например, в махалле «Геофизика» живет ветеран войны Раиса Максимовна. Ей 94 года, но какой она энергичный и позитивный человек! Бабушка одинока и находится под присмотром соседей, которые помогают продуктами. Когда я пришел, то застал у Раисы Максимовны ребенка двух-трех лет. Оказывается, соседи снизу — молодые муж и жена — работают и часто просят присмотреть за ребенком. Видно, что тот привык: сидит у бабушки на руках и к другим не идет.Так соседи помогают друг другу.Третий источник помощи — благотворительность верующих. Мы живем в преимущественно мусульманском государстве, где практикуется «тайная помощь». Она не афишируется. Когда уважаемому председателю махалли передают материальную или продовольственную помощь для распределения среди нуждающихся, то просят не сообщать имя благотворителя.
Корр.: Бывали ли случаи, когда продуктовый набор попадал к не самым бедным людям?
В.Г. Ким: Встречается и такое, что люди нуждаются, потому что сами не проявляют инициативы в поиске работы. Например, недавно пришел к семье, где у матери астма. Женщине приходится ежегодно брать в долг, чтобы лечь в больницу. В этот раз она даже не смогла пройти лечение, потому что не нашла денег. При этом дома сидят молодые и здоровые дочь с зятем. Почему они не работают и не берут в долг для матери? Насколько я проникаюсь действительно нуждающимися, настолько же прямо говорю таким людям о необходимости брать ответственность на себя. Раз пришел – надо помочь, но я даю понять таким по сути благополучным семьям, что больше на продуктовую поддержку рассчитывать не стоит. Той семье я подробно разъяснил, как оформить пособие по инвалидности, чтобы мать могла ежегодно проходить лечение бесплатно. Зятю рассказал про особенность каждой из наших махаллей, где можно нести контрактную военную службу (махалля«Ватанпарвар»), работать вахтовым методом на нефтегазовых объектах (махалля «Геофизика») или заниматься торговлей на базаре, частным извозом, строительными работами (махалля «Тараккиёт»). Сходи, поспрашивай, выбери занятие по душе. Если потребуется помощь в сборе документов— поможем. Мы все живем рядом, и завтра соседи спросят: «Почему я должен помогать, если он сам для своей семьи ничего не сделал?». И когда наступят совсем сложные времена, никто не протянет руку помощи.
Корр.: Каков эмоциональный настрой после двух месяцев карантина?
В.Г. Ким: Сейчас, когда удалось наладить процессы, люди чувствуют себя защищенными. Человек начинает паниковать, когда остается один на один с проблемами. В нашем районе продукты на выездных ярмарках доступны, пенсию привозят и раздают по домам, благотворительные акции продолжаются. Еще мы регулярно приглашаем сотрудников коммунальных служб для сбора платежей на местах (без переплат и процентов), что важно для пенсионеров и лиц с инвалидностью. Народ понимает, что государство о нем заботится, и спокойно пережидает время изоляции. Если каждый человек в своем доме, махалле, районе, области уделит немного внимания сохранению этого уровня спокойствия, то Узбекистан спокойно справится с любой пандемией.
Екатерина Цой
***
Источник: “Корейцы Узбекистана” 9(13) 2020 г.
Мы в Telegram
Комментариев пока нет, но вы можете оставить первый комментарий.