17 июня нынешнего года свой 85-летний юбилей отметил Александр Александрович Ли, член Совета старейшин АККЦУ, ветеран труда, депутат местных органов власти, крупный специалист в области строительства, размещения и оснащения нефтебаз и нефтехранилищ. Своими мыслями о прожитом, о трудовой и общественной деятельности, о детях и друзьях поделился юбиляр в интервью газете «Корейцы Узбекистана».
— Отметив свой 85-летний юбилей, поймал себя на мысли, что основные исторические события XX века – трагические, радостные, знаменательные — оказали влияние и на мою жизнь, — начал разговор Александр Александрович. —
Мои предки — выходцы из северной части Корейского полуострова, как и многие соотечественники на рубеже веков пересекли границу с Россией в надежде найти лучшую долю, обосновались территории современного Приморского края. Бабушка и дедушка по материнской линии осели в Посьетском районе, а отец, Александр Фёдорович, во Владивостоке, потом они с матерью, Ольгой Ивановной, переехали в Сучанский район, бухту Находка. Папа своих родных потерял ещё в Корее, на Дальнем Востоке он оказался вместе с семьёй соседа, который пожалел мальчишку и, переезжая, взял его с собой. Отца воспитал зажиточный русский помещик, давший ему образование, сосватавший русскую девушку. Но детей в том браке не было, поэтому он развёлся с первой супругой и женился впоследствии на моей матери. У неё на тот момент росло двое детей, познакомились они благодаря маминому дяде, служившему вместе с отцом в одном погранотряде. К сожалению, папу совсем не помню: он как военный был репрессирован. Как ни пытался я в дальнейшем прояснить его судьбу — всё было напрасно, на запросы приходил ответ, что архивные данные за 1935-1937 гг. по Сучанскому району утеряны. Поэтому в 1937-м в Казахстан, Гурьевскую область, Денгизский район, посёлок Чортанба мы переселялись с мамой, братом и сестрой.
— Бедствовали сильно, посёлок был рыбопромысловый, жили в камышовых зарослях, в землянках и мазанках, питались скудно. Там же я пошёл в школу, — вспоминает Александр Александрович, – хотя учёбой это назвать было сложно. Мама одна тянула семью, вся её родня при переселении оказалась в Узбекистане, в том числе родители и сын от первого брака — Кузьма. И вдруг в 1946-м году совершенно неожиданно он приехал за нами из Гурьева. После расспросов выяснилось, что Кузьма перебрался поближе к нам, устроился на работу в обком партии, но, помня о том, что мать с нами здесь, первым делом приехал забрать нас. Как обрадовалась мама! Стали собирать вещи, она говорила брату, сестре и мне, что в городе будет совсем другая жизнь. Но этому не довелось случиться, за два дня от скоротечной тропической малярии Кузьма скончался. Мы остались в посёлке ещё на долгих четыре года, пока в 1950-м году мама не приняла окончательного решения переехать к своим родственникам в Узбекистан. Наш переезд состоялся, мы осели в колхозе имени Кирова Среднечирчикского района, Ташкентской области. Что сразу поражало – это обилие фруктов, овощей, тёплые зимы и добротные кирпичные дома в колхозе, которые ни шли ни в какое сравнение с мазанками из камыша, где наша семья прожила до переезда в Узбекистан. Мама начала работать в колхозе, рядом жили мои дедушка и бабушка, мы, дети, пошли в местную школу. К сожалению, наши документы сгорели при пожаре, случившемся ещё до переезда в Узбекистан, поэтому при устройстве в школу возникли небольшие трудности с подтверждением возраста, да к тому же знаний в прежней школе нам особо не давали. Меня определили в 6-й класс, в котором учились ребята, с которыми я уже успел подружиться в колхозе.
Жизнь на узбекской земле была, действительно, иная. Во-первых, продуктов стало больше; во-вторых, в колхозе жила родня Ольги Ивановны, которая помогала, всячески опекала её семью; в-третьих, у детей появился интерес ходить в школу, при ней работали кружки и секции, а у Александра, посещавшего кружок рисования при школе, проявился настоящий талант: его наброски, эскизы, пейзажи, портреты, выполненные карандашом и акварелью, «цепляли» взгляд. Вместе с их количеством всё сильнее крепло желание продолжать учиться дальше, поступать в художественное училище им. А.Бенькова.
— Но художником мне так и не суждено было стать, — продолжает Александр Александрович, — потому что летом, когда начались вступительные экзамены, я заболел дизентерией, находился между жизнью и смертью. На моё счастье, лечащий врач был очень опытным, посоветовал маме поехать в Ташкент и найти в аптеке антибиотики. Мама вместе с братом продали большой чугунный котёл, на вырученные деньги купили в городе пенициллин, который и поставил меня на ноги. Но умение рисовать и чертить помогли мне в будущем, во время учёбы в политехническом институте.
Ещё одно увлечение детства, которое Александр Александрович пронёс через всю жизнь – игра на аккордеоне. Специально посещать уроки музыки у подростка ни возможностей, ни времени не было, после школы он помогал по хозяйству: собирал камыш, нанимался на прополку риса, строительство домов, зимой толок шалу, заработанные деньги отдавал матери и немного откладывал себе, на мандолину. Так удалось накопить 75 рублей. В музыкальном кружке при школе осваивал трубу и мандолину, на просьбу мальчишки научить его нотной грамоте учитель ответил отказом, всё исполнялось на слух. К тому же в доме предстояло важное событие: свадьба сестры, и накопления Саши тоже пошли на расходы. Но как часто бывает, вмешался случай: сосед, директор местной школы, приобрёл аккордеон своему сыну, а тот ни в какую не хотел учиться на нём играть, держать инструмент дома тоже не посчитали нужным, решили его продать, тогда Ольга Ивановна, не забывая о мечте сына — мандолине, предложила приобрести аккордеон в рассрочку, и он, на удивление, упорствовать не стал. Вместе с аккордеоном в дом перекочевал и самоучитель игры на нём. Вечерами Саша осваивал нотную грамоту, учился брать аккорды, считать такты, так постепенно и начал играть. Первым серьёзным произведением, разученным им, стала популярная в те годы «Уральская рябинушка», текст и ноты которой были опубликованы в газете. Каково же было удивление учителя музыки, узнавшего, что Саша не только выучил самостоятельно ноты, но и освоил игру на аккордеоне. С 9-го класса ни один школьный концерт не проходил без его участия…
В 1955-м году А.Ли окончил школу, в течение двух лет по просьбе директора неполной средней школы №27 Среднечирчикского района из-за нехватки кадров работал учителем, старшим пионервожатым, организатором мероприятий.
— Всегда памятуя о тяжёлом детстве и жизни в Казахстане, хотел выбиться в люди, получить профессию, найти свой путь, — говорит Александр Александрович, — я понимал, что чего-то достигнуть в жизни, можно только получив образование, став грамотным специалистом, поэтому принял решение поступать в Среднеазиатский политехнический институт на механический факультет, по окончании которого получил специальность инженера-механика сельскохозяйственного машиностроения. Студенческие годы тоже были нелёгкими, пришлось совмещать учёбу на очном отделении с работой во вторую и третью смену на заводе «Ташсельмаш», куда устроился хромовщиком. На втором курсе женился, супруга Роза была учителем начальных классов, она оставалась в колхозе, я же жил в студенческом общежитии, но обязанностей главы семьи с меня никто не снимал. Днём исправно ходил на лекции в институт, вечерами и ночами вкалывал на заводе. Несмотря на хронический недосып, зачёты и экзамены всегда сдавал вовремя, а дипломную работу защищал по теме «Навесная хлопкоуборочная машина». Мне очень повезло с научным руководителем — заместителем декана факультета В.В.Свердлиным, его доброе отношение, житейские советы я помню до сих пор. К защите дипломной подошёл со всей серьёзностью: в перерывах между лекциями и рабочими сменами делал чертежи, готовил детализацию, описательную часть. Защита прошла на «отлично»: все члены экзаменационной комиссии, а среди них, помимо преподавателей, были представитель Совнархоза и главный конструктор завода «Ташсельмаш», — претензий и замечаний не выказали.
— Работа на заводе сыграла существенную роль при распределении, если другие выпускники получили направления в другие области, города и республики, то я остался на «Ташсельмаше», — делится А.Ли, – так началась моя профессиональная деятельность, но уже в качестве старшего инженера-мастера механосборочного цеха.
Трудовая биография Александра Александровича обширна: после завода «Ташсельмаш» он перешёл в Главнефтеснабсбыт при Совмине УзССР на должность старшего инженера отдела капитального строительства; в 1968-м был переведён главным инженером Кучлукской нефтебазы по строительству и реконструкции нефтебазового хозяйства; являлся заместителем директора и главным инженером транспортно-экспедиционной базы Ташоблхлопколубпрома; директором областной торговой базы новой сельхозтехники при Ташоблсельхозтехнике; в перестроечное время открытым голосованием был избран главным инженером Среднечирчикской райсельхозтехники; в предпенсионные годы вновь вернулся на должность главного инженера Кучлукской нефтебазы, реконструировал её, проработав ещё пять лет после своего возвращения, в 2000-м году ушёл на пенсию.
Большой практический опыт Александра Александровича позволил ему долгие годы являться главным специалистом по приёмке готовых объектов и членом Республиканской комиссии, его авторитетное мнение всегда учитывалось при строительстве и реконструкции нефетбаз, при оптимизации и модернизации их работы, причём всякий раз А.Ли старался внедрить новейшие на тот момент достижения в этой области.
После выхода на заслуженный отдых и переезда к детям в Ташкент А.А.Ли занялся общественной деятельностью, организовал Совет старейшин при Сергелийском ККЦ, который возглавлял с 2000-го по 2012-й гг.; в период с 2000-го по 2010-й также являлся членом Совета ТГО АККЦУ в качестве руководителя Ташкентского городского общества пожилых людей; в 2013-м перешёл в Совет старейшин АККЦУ. В течение десяти лет занимал пост руководителя Буддийского храма.
— Моя семья, мои дети стали надёжной опорой в жизни, — рассказывает Александр Александрович. – У меня пятеро детей: двое сыновей – Александр и Игорь, три дочери – Любовь, Светлана, Марина; одиннадцать внуков и внучек, шесть правнуков. Так случилось, что моя первая супруга Роза Григорьевна скончалась при рождении младшей дочери. Я остался вдовцом с пятью детьми. Спустя три года после её кончины женился на Раисе Ивановне Тян. С ней мы прожили тридцать семь лет, вырастили, воспитали детей, дали им образование, сыграли свадьбы, отметили годики внукам и правнукам. Но в 2015-м году она ушла из жизни. Я очень благодарен Раисе Ивановне за моих детей, которых она приняла как своих.
С особой теплотой отзывается Александр Александрович о своих друзьях. К сожалению, многие из них уже ушли из жизни, но в его памяти они остались навсегда. …
— Много лет я был знаком с Петром Героновичем Кимом, Николаем Сергеевичем Кимом, в разные годы они возглавляли Ассоциацию корейских культурных центров. С Петром Героновичем нас связывали воспоминания детства, с Николаем Сергеевичем познакомился много позже, но восхищался его человеческими качествами, — признаётся Александр Александрович. — Это естественное желание каждого человека жить и работать достойно, вырастить и воспитать детей, дать им образование, видеть, как взрослеют и мужают внуки, подрастает уже четвёртое поколение семьи – правнуки. Я благодарен своей судьбе, несмотря на тяжёлое и голодное детство, юность, прошедшую в трудах, непростой период становления в молодости, — всё это дало мне возможность встать прочно на ноги, достичь желаемого. В этом вся моя жизнь…
Наталия ШЕК
***
Источник: Газета «Корейцы Узбекистана» № 18(22)
Мы в Telegram
Комментариев пока нет, но вы можете оставить первый комментарий.