19 июля 2021 года ушёл из жизни Иннокентий Владимирович Пан, директор унитарного предприятия АРМСУ, старейший член Алмалыкского Корейского Культурного Центра.
До последних дней жизни Иннокентий Владимирович продолжал работать, занимался общественной деятельностью. В память о нём мы публикуем очерк Владимира Кима, опубликованный в книге «Наши герои» в 2017-м году.
Он с молодых лет на руководящей должности. Это было не всегда комфортно, особенно, когда собирались в своем кругу директора заводов и предприятий. Надо ведь тянуться перед старшими. А с другой стороны, было лестно. Как же, не успел разменять третий десяток, а уже командует солидным коллективом. Но вот однажды Иннокентий Владимирович попал по делам на Бекабадский цементный, а тамошний директор оказался совсем юнцом. Когда он так поспел? И кто-то сказал, что у него отец Герой Соцтруда.
Слова эти заставили задуматься. Конечно, хорошо, когда отец так уважаем и почитаем, но сыну-то каково? Надо ведь все время стараться, чтобы быть достойным отца. А это разве легко? Герой родитель может в чём-то помочь, но по жизни надо ведь идти самому. При этом, сверяя каждый шаг со славой отца. Не потому ли многие отпрыски великих родителей мало чего смогли добиться?
Отец Иннокентия не герой, но разве от этого он менее авторитетен или менее значим для него, его братьев, сестер? А всего детей было девятеро, и всех отец с матерью поставили на ноги. Разве этот родительский подвиг не заслуживает высокой похвалы и награды? Сегодня эти двое директоров живут и трудятся в Алмалыке. Один из них, Александр Касымович Фарманов, руководит Алмалыкским горно-металлургическим комбинатом (АГМК), а другой, Иннокентий Владимирович Пан, возглавляет унитарное предприятие — Алмалыкское ремонтно-монтажное специализированное управление (УП АРМСУ).
…Родился Иннокентий и жил до шести лет в колхозе имени Кирова, что в Среднечирчикском районе. А потом родители переехали в город Ахангаран, где многодетной семье прокормиться было легче. И действительно, сестры старшие рано стали работать, а потом вышли замуж. Среди сыновей Кеша был вторым, и для него старший брат Антон был примером во всём — в учёбе, отношении к семейным обязанностям, друзьям, данному слову. И выбрал себе непростую стезю в жизни — окончил юридический факультет Таджикского госуниверситета и всю жизнь проработал в органах правопорядка.
А Иннокентий до вуза не дотянул. После восьмилетки подал документы на вечернее отделение ПГС (промышленно-гражданское строительство) Алмалыкского техникума. Поступил. Теперь надо было устроиться на работу по специальности. Такое тогда бытовало пожелание со стороны руководства учебного заведения. Пожелание, равносильное требованию. Из многих десятков строительных профессий, ему почему-то приглянулась работа жестянщика.
— Сам не знаю, почему, — смеётся Иннокентий, вспоминая то время. — Может, в памяти застряла картина, как мастер ловко режет и сгибает оцинкованные листы, собирая из них разные детали для водостока.
За год до окончания техникума его призывают в армию. По логике вещей он должен был бы попасть в стройбат, но военные кадровики решили иначе. И Иннокентий оказывается в Армении, в зенитно-ракетных войсках ПВО. Сначала, как водится, новичок-салага, а через два года, к концу службы, оператор 1 класса СРЦ (станция разведки целеуказаний). Именно он и его сменщики обязаны на дальних подступах обнаружить цель, доложить об этом командованию, чтобы оно уже действовало по предписанию. Сколько было учебных тревог за службу и не сосчитать, когда вся «точка» вставала на дыбы, наводя на цель и совершая пуск грозного оружия. А «точка» — это ракетный дивизион с шестью пусковыми ракетами класса «земля-воздух» и обслуживающим персоналом в сто человек. Можно сказать, вся служба прошла в учёбе и совершенствовании боевого мастерства. А в свободное время — вольная борьба, которой Иннокентий увлёкся ещё в школьные годы.
В череде солдатских будней на «точке» яркой вспышкой вспоминается первенство Бакинского округа ПВО, на котором кандидат в мастера спорта рядовой Иннокентий Пан занял третье место.
Уволили в запас под конец 1969 года. Надо было устраиваться на работу и добивать техникум. Пошёл на первое попавшее место — электрослесарем на один из заводов АГМК. Но проработал там недолго. Через семь месяцев, получив заветный диплом техникума, явился в отдел кадров треста «Алмалыксвинецстрой». Это был прославленный трест, на знамени которого сиял орден Трудового Красного Знамени, а его имя вот уже десять лет было на Доске почета ВДНХ СССР. Кадровик, осматривая новичка и его документы, не скрывал скепсиса. Ну, какой из этого специалиста руководитель. Ни роста, ни солидности. Ростом Иннокентий, действительно, не вышел, в солдатском строю всегда занимал левый фланг. А вот что касается солидности, так ведь это дело наживное. Короче, не показался он кадровику, и потому направили его мастером на самый трудный участок — цех железобетонных изделий арендного предприятия «Алмалыкжелезобетон». Этот цех чаще называли «полигоном», потому что он открыт ветрам с четырёх сторон. Летом эти ветра знойные, а зимой, естественно, холодные. Условия, мягко говоря, не самые комфортные для работы. И потому многие новички долго не выдерживали. Иннокентий выдержал, мало того, уже через год стал начальником цеха, через четыре — начальником бетонно-растворного узла, а ещё через четыре — главным инженером предприятия. И, наконец, в 1991 году — директором. Чтобы пройти этот путь, ему понадобился 21 год. Но и это не конец карьеры, через семь лет его назначают председателем правления треста «Алмалыксвинецстрой», то есть, генеральным директором.
— Весь Алмалык, за исключением одного-двух микрорайонов, построил наш трест, — говорит Иннокентий Владимирович. — При мне возводился уникальный тогда объект — цех кислородно-факельной плавки на медеплавильном заводе АГМК. Это была новейшая технология получения меди по тем временам, и она требовала иных условий, чем прежде. Высокая производительность достигалась за счёт высокой температуры плавки, свыше 1000 градусов.
Забегая вперед, стоит сказать, что Иннокентий Владимирович, уже в ранге директора унитарного предприятия АРМСУ, снова имел дело с медеплавильным цехом.
Появилась более новая технология — плавка меди в жидкой ванне. При этой технологии выделяется огромное количество горячего газа, который надо не просто охладить, но и утилизировать. Управление Иннокентия Владимировича взялось монтировать котёл-утилизатор ёмкостью в 300 тонн, а вместе с обвязкой трубопроводов он тянул на все 400. После плавки при температуре в 1150 градусов медь течёт вниз, а нагретый газ в котел, где охлаждается и по трубам передаётся в серно-кислотный цех для выработки нужной химической жидкости.
— Как я попал в АРМСУ? — переспрашивает Иннокентий Владимирович. — В начале 2000-х решил попробовать себя в бизнесе. Всей родней выкупили существовавшую фирму «Новая техника», переименовали её в «Ладью» и начали выпускать алюминиевые радиаторы с очень высоким КПД. Потом стали делать АГВ (автоматические грелки воды), рассчитанные под дома, которые сейчас строятся повсеместно и продаются в кредит. Дело пошло неплохо. Но, честно признаться, было скучновато. И тут старый знакомый пригласил к себе на работу. В те годы он был руководителем унитарного предприятия АРМСУ. Звал на своё место, но я сказал — только замом или главным инженером. Пришлось поработать и в той, и в этой должностях. А в 2005 году стал директором.
Иногда у меня такое ощущение, будто всю жизнь я работаю директором. Ищу заказы, участвую в тендерах, договариваюсь с генподрядчиком, сам выбираю «субчиков». Раньше заказы спускались сверху, сейчас этого нет. Надо шевелиться самому. Скажем, нет у нас конкурентов по монтажу таких котлов-утилизаторов, но и котлов, к сожалению, всего единицы. Приходится заниматься профилактическим ремонтом компрессоров на том же медеплавильном. Есть такие агрегаты на 1500 кубов, они вырабатывают холод до минус 200 градусов. Это нужно для разделения воздуха, чтобы получить кислород.
Три года назад коллектив Иннокентия Владимировича работал совместно с российскими специалистами из некогда знаменитого в Союзе подразделения «Спецмонтажстрой».
Россияне готовили оборудование для разделения воздуха, а узбекские коллеги монтировали для него кожух высотой 56 метров. Огромные металлические панели весом по 17-20 тонн поднимали мощнейшими кранами и по заданным параметрам скрепляли друг с другом, что образовать замкнутое пространство, способное предотвратить утечку холода. Когда россияне получили такой же на Бекабадском металлургическом комбинате, они снова привлекли коллектив Иннокентия Владимировича.
В конце ноября ему исполнится 70 лет. Трудовой стаж — 53 года. Мысли о пенсии, конечно, возникают, но окончательно примеривать себя к пенсионной жизни Иннокентий Владимирович не спешит. Да, вроде достиг кое-чего в этой жизни. И дом у него — большой коттедж в престижном районе Алмалыка (его трест когда-то построил), дети выросли и живут уже своей жизнью. Дочь Татьяна — в Ташкенте, работает главным специалистом в банке, замужем. И на сына грех жаловаться, окончил Алмалыкский филиал ТашПИ, трудится на АГМК механиком. Женился, двоих внучат подарил отцу. Всё хорошо, но есть одна непреходящая боль — потеря жены Клары, с которой прожил 37 незабвенных лет. Три года прошло, как её нет, но как привыкнуть к этому? Когда все в доме напоминает о ней, когда любой напряженный день гасился теплом и уютом семейного очага, когда каждая командировка была согрета её заботой и вниманием.
— Когда теряешь близкого человека, начинаешь больше ценить общение с теми, кто ещё рядом с тобой, — признает Иннокентий. — И поэтому стараюсь никогда не упускать возможности встретиться с друзьями, коллегами. Поехать на рыбалку и охоту, провести время у костра. Ну и, конечно, работа. Самое главное, что есть в нашей жизни.
Ассоциация Корейских Культурных Центров Узбекистана, Ташкентское областное территориальное отделение АККЦУз, редакция газеты «Корейцы Узбекистана» выражают глубокие соболезнования родным и близким Иннокентия Владимировича Пана в связи с тяжёлой утратой.
Светлая память…
***
Источник: Газета «Корейцы Узбекистана» № 14(42)
Мы в Telegram
Комментариев пока нет, но вы можете оставить первый комментарий.