Роман Хе
Над нами гудело высокое небо, пахло оно васильками. Полевые цветы глядели на тебя влюблено солнечными бутонами, будто спрашивали:
– Любимая, ты любишь цветы?
– Да…
– Любимая, ты любишь море?
– Да…
– Любимая, ты любишь облако?
– Да…
– Любимая, ты любишь пчел?
– Да…
– И цветы миллиарды лет распускаются, чтоб увидеть тебя, и волны со дня сотворения бегут к золотистому берегу, чтоб коснуться тебя, и облака возникают из вечности, чтоб проплыть над тобой, и пчелы со всех лужаек мира летят, чтоб донести золотистый мед до губ твоих…
Я осторожно подушечкой пальца прикоснулся к твоим губам, боясь: вдруг они улетят, как бабочки…
– Любимая, тебя любят цветы…
– Да?..
– Любимая, тебя любит море…
– Да?..
– Любимая, тебя любит облако…
– Да?..
– Любимая, тебя любят пчелы…
– Да?..
– Да-да-да! Ведь цветы миллиарды лет распускаются, чтоб увидеть тебя, волны со дня сотворения бегут к золотистому берегу, чтоб коснуться тебя, облака возникают из вечности, чтоб проплыть над тобой, пчелы со всех лужаек мира летят, чтоб донести золотистый мед до губ твоих…
И я уткнулся в твои золотистые ласковые волосы и с восхищением прошептал:
– Любимая, ты пахнешь цветами…
– Правда?..
– Любимая, ты пахнешь морем…
– Правда?..
– Любимая, ты пахнешь облаком…
– Правда?..
– Любимая, ты пахнешь медом…
– Правда?
– Да!
Я ждал тебя со всеми цветами, морями, облаками, пчелами, ведь и цветы миллиарды лет распускаются, чтоб увидеть тебя, и волны со дня сотворения бегут к золотистому берегу, чтоб коснуться тебя, и облака возникают из вечности, чтоб проплыть над тобой, и пчелы со всех лужаек мира летят, чтоб донести золотистый мед до губ твоих…
Нынче мы живем неразлучно в лепестках цветов, в каплях дождя, в океанских раковинах, в листопаде, в облаках, в звездах, в птичьем лепете. И – снова, как в незапамятное время, планета без границ, планета из солнечных дворов-королевств, откуда на огромных качелях взлетают мальчики и девочки, и смеются вокруг нас солнечные зайчики нашего детства, где мы могли так и не встретиться на берегу моря в доме с цветами в красивых кашпо, – в доме, где я впервые в жизни рисую цветными карандашами – а ведь столько лет я не писал разноцветные записки!
Я чувствую: с неба падает ультрамарин. Руки мои испачканы пастелью, приготовленной из пыльцы твоих любимых цветов, и я рисую как тысяча восторженных мальчиков, влюбленных в тебя. Замерцали солнечные зайчики, похожие на восторг ребенка, влюбленного в тебя, ребенка, у которого еще видны исчезающие крылья ангела, в чьем дыхании витает фантазия, выдохнувшая в наш мир наскальные рисунки палеолита, пирамиды инков и египтян, мраморные изваяния Эллады и Рима, всплески арфы и флейты плач, иероглифы древнего Китая, Сорочий мост через Млечную реку, изумрудные пруды королевского дворца Сеула, золотые купола Москвы. Видения твоего сна витают в Лувре, Эрмитаже, Дрезденской галерее. Парусники, дилижансы, кабриолеты, дирижабли, самолеты, звездолеты появились оттого – что душа моя стремилась к тебе, предвкушала открытие новой Вселенной, где замерцают первозданные краски и звуки нашего мира.
С твоим появлением в моей жизни земля – с мгновения ее зарождения – стала моей планетой, где все ожидало тебя. Все, что связано с тобою, – века, мелодии, стихи, цветы, рисунки, рыбы, птицы, звезды, – приобретает неизъяснимую прелесть. Все сказки мира – воспоминания о тебе. Твоими глазами смотрят на меня героини моих любимых сказок: Золушка, Аленушка, Белоснежка, Ассоль, Герда. Я думал, что они остались на страницах детских книжек, но вот – когда самому давно пора стать бородатым сказочником – появилась ты, мой нежный ангел, и вся земля преобразилась. Сегодня моими устами говорят все мальчишки, влюбленные в тебя.
Тобою восхищались и до меня, восхищались деревья, цветы, звери, птицы, рыбы, люди, облака, но мне, незаслуженно озаренному любовью твоей, хочется, чтоб мир взглянул на тебя моими глазами, глазами полными слез восхищения, нежности и любви…
***
Источник: Роман Хе
Мы в Telegram
Комментариев пока нет, но вы можете оставить первый комментарий.