К выходу юбилейной книги

Ким Г.Н. Корейские поселения на русском и советском Дальнем Востоке (1864-1937).

Книга посвящена истории возникновения и развития корейских поселений на российском и советском Дальнем Востоке с самого начала добровольного переселения корейцев в Россию и до их депортации сталинским режимом в 1937 году. Она состоит из исследовательской части — научных статей и путеводителя по корейским селам, дерев­ням, выселкам и хуторам, а также районам компактного расселения корейцев в городах Приморья и Дальневосточного края. Топонимы расставлены в алфавитном порядке и по каждому селению даются краткие справочные сведения о годе основания, локализации, численности корейцев, основных занятиях. В книге содержатся краткие описания районов (волостей), в которых располагались корейские поселения. Более детально представле­ны крупные села и деревни корейских переселенцев, о которых сохранились сведения в архивных документах, материалах переписи, отчетах инспекционных поездок, публикаци­ях местной печати и научных трудах. Издание богато иллюстрировано фотографиями, картами, схемами, оно содержит ряд сводных таблиц. Книга рассчитана на широкий круг читателей. Она будет полезна всем, кто интересуется историей коре сарам, проживших с 1864 по 1937 год на русском и советском Дальнем Востоке. Современные русскоязычные корейцы смогут найти места, в которых родились и жили предки, родители и родные.

К ВЫХОДУ ЮБИЛЕЙНОЙ КНИГИ

Кан Игорь Владимирович,
предприниматель, инвестор, меценат, общественный деятель.
Президент Делового клуба Ассоциации корейцев Казахстана.

В этом году исполняется 85-летняя годовщина депортации из Дальнего Востока в Казахстан и Среднюю Азию. Т.е. мы отмечаем 85-лет проживания на древней земле казахского народа, принявшего наших предков и родителей в том дале­ком 1937 году и ставшего теперь для нас братским, родным. Память человеческая, как известно, со временем притупляет­ся, новые знания вытесняют прежние, так и мы корейцы Казах­стана стали забывать названия родных деревень, сел и колхо­зов, которые пришлось покинуть в спешном порядке не по своей воле.

Но мы навсегда сохраним в нашей памяти имена наших предков. Я всегда с теплотой вспоминаю своего деда Кан Чун Хак (Николай) бабушку Ли Дю Ген (Дуся), так же дедушку с маминой стороны Ким Николая и бабушку Кан Людмилу Мар­ковну и думаю о том, где они родились и жили до 1937 года.

Вот почему, когда профессор, доктор исторических наук Ким Герман Николаевич поведал о своей мечте издать книгу о корейских поселениях на русском и советском Дальнем Восто­ке, у меня моментально возникло желание поддержать ее издание.

Ознакомившись с рукописью книги увидел наяву огромный вклад в исследование темы, которую отмечали многие ученые, но никто из них не смог выполнить этот колоссальный и фунда­ментальный труд, который получит должную оценку в акаде­мическом мире, в мировом корееведении.

Надеюсь, что книга оставит след в сердцах и памяти коре сэрам, особенно молодых, чтобы они и последующие поколе­ния помнили историю своих сородичей.

Издание богато иллюстрировано фотографиями, рисунка­ми, картами, схемами, многие из которых раритетные, поэтому книга может стать хорошим подарком родным и друзьям.

ОТ АВТОРА И СОСТАВИТЕЛЯ

Как-то в детстве, взяв в руки паспорт моего отца Ким Дюн Бина, прочитал, что родился он в селе Тяпигоу Суйфунского района Приморского края. Тогда мне название этого села показалось чужеземным и непонятным. Спустя многие годы я узнал, что правильное написание на русском языке этого топонима — Чапигоу (кор.Х|-Е|7-|°), происходившего из китай­ского названия Оказалось, что в дореволюционном

Приморье названия десятков рек и деревень заканчивались на китайский географический термин «гоу», что означает «долина».

С чудными названиями корейских деревень мне приходи­лась сталкиваться каждый раз, когда изучал архивные доку­менты, читал исследования «коресарамоведов», упоминал место рождения героев моих статей и очерков. Сверяя сведе­ния из разных источников, находил множество ошибок в названиях населенных пунктов и их локализации.

Путаница и неточности с названиями и местоположением корейских поселений возникали по ряду причин. Прежде всего это связано с параллельным существованием названий на корейском и русском языках — классический пример большое село Благословенное, известное также как Самали (кор. AFEb В|; кит. или ИМИ. Корейская деревня Намсэккори имела русское название Сухановка, жители Новокиевска именовали его по-корейски Йэнчхунеи — Новокиевск), деревню Заречье в Янчихинской волости сельчане-корейцы называли Понсои. Деревня Сухоречье имела корейское название — Панчемог, деревня Барановка называлась по-корейски Кокясай или Ненгай, а деревня Николаевка была известна под корейским названием Синёндон или Сиёнго. Корейская деревня, широко известная как Рязановка, получившая назва­ние в честь поручика Василия Рязанова (Резанов), принимав­шего и обустраивавшего первых на российской земле пересе­ленцев-корейцев, имела также корейское название — Ханчан- гоу.

В топонимике русского и начального советского периода Дальнего Востока значительный пласт составляли китайские наименования. Как считает А.М. Сазыкин переименование китайских топонимов в 1972 г. нанесло непоправимый удар приморской топонимии. По указанию Москвы в спешном порядке переименовали 473 географических объекта с целью удаления с карт китайских названий сел, деревень, озер, рек, гор и т.д., которые, как считали советские власти, могли слу­жить доказательством приоритета китайцев в освоении юга Дальнего Востока ставшей русской территорией. Ликвидация китайских названий корейских поселений усугубило проблемы идентификации корейских поселений. Л.Ф. Ким и Пак Н.С. указывают, что в корейской топонимической традиции типич­ным было использование слов китайского происхождения и большинство изучаемых топонимов, адаптированных совет­скими корейцами, следует относить к сино-корейской лексике. Например, село Барабаш имело китайский топоним Мэнгугай, который на корейский лад звучал как Мэнгугае. Например, иероглиф «ми» содержится в названиях поселений Адими, Сидими, Таудеми и т.д. Адаптированный корейцами китайский иероглиф «хэ» (река) представлен в таких названиях как Улунхе, Цимухе, Тетюхе и т.д. Топонимы с иероглифом «гоу» (падь, овраг) нередки в названиях корейских деревень на русской территории: Тяпигоу, Юдигоу, Тудагоу.

Другая причина затруднений в идентификации топонимов корейских поселений заключалась в правилах транскрипции корейских и китайских слов в русской письменности, напри­мер, одна из первых корейских деревень Сидими (кор.А|С|П|; одноименный гидроним на китайском языке Й^^Р^) осталась в исторических документах на русском языке под разными названиями: Седими, Сидеми, Седеми, Сидэми, Сидоми, Сидземи, Сидема и т.д.

Следует отметить, что корейские деревни, растянутые на несколько километров по руслам рек, делились на части, чаще всего с определением «верхняя», «средняя» или «нижняя» подобно таким корейским поселениям как «Нижняя Сидими» (кор.’о¹‘л|С|□!), Средняя Сидими ( кор. ВЛ|С|П|) Нижняя Сидими (кор. з|-Л|с|П|) или Нижняя и Верхняя Адими. Дерев­ня Янчихе стала делиться на Верхнюю Янчихе — Сан Ёнчжу и Нижнюю Янчихе — Ха Ёнчжу. При этом каждая из частей со временем получила собственное название. Деление корей­ских сел и крупных деревень на части происходило не только по направлению течения реки, но и по расположению по левую или правую сторону русла, что отражалось в их названии. Реже, но встречаются случаи, когда в зависимости от удаления от реки части деревни получали определения «пе-редняя» или «задняя», как например: в Посьетском районе село Заречье включало три деревни: Заречье Среднее, Заречье заднее и Заречье переднее. Нередко части деревни имели название с ориентацией на направление света: Юг — «нам», Север — «бук» или «пук», Восток — «дон» или «тон» и Запад — «со». Напри­мер, деревня Песчаная в Адиминской волости состояла из трех частей, которые назывались Сан-хои, Нам-сахои, Пук- сахои.

Неразбериху вносят названия населенных пунктов и райо­нов начала советских времен, когда повсеместно присваива­лись имена большевистских вожаков. Многим поселениям давали ставшие стандарными наименования, зачастую с присвоением номеров, как например «квартал №1» или «квар­тал №8», или «рисовая плантация №2», «рисовая плантация №5». В Посьетском районе по данным переписи населения 1929 года насчитывалось 6 номерных поселений под названи­ем Перевозной бухта. В Надеждинском сельсовете Суйфунского района Суйфунском районе в конце 1920-х -начале 1930-х было три корейских поселения под одним названием — Рыболовный участок, но под разными названиями № 6, №9 и № 10. Такие случаи отмечены и в других районах Дальневос­точного края.

Перекраивание и переименование административных единиц российского и советского Дальнего Востока: краев, губерний, областей, районов, а также уездов и волостей, создают трудности в локализации корейских поселений. Советизация Дальневосточного края повлекла за собой масштабные изменения в топонимике, достаточно упомянуть переименование корейских сельхозартелей и колхозов, созданных на месте прежних корейских сел и деревень.

«Этнический ренессанс», начавшийся с горбачевской гласности и демократизации продолжается по сей день, так как диаспоры не утратили интерес к своему историческому про­шлому и вопросы: Кто мы? и откуда мы? не утратили своей злободневности. Вот почему в год 85-летия депортации корейцев из Дальневосточного края в Казахстан и Узбекистан решено издать книгу под названием «Корейские поселения на русском и советском Дальнем Востоке (1864-1937).

В течение многих лет исследуя историю корейцев Россий­ской империи, Советского Союза и постсоветского периода я буквально по крупицам собирал и систематизировал сведения о корейских селах, деревнях, сельхозартелях и колхозах из архивных документов, опубликованных трудов и интернет- источников. Работа по сбору материалов могла продолжаться бесконечно, но образно говоря, набралась «критическая масса знаний» и необходим был только толчок для начала «цепной реакции».

К составлению и написанию рукописи приступил в конце прошлого года, но иные приоритеты отодвинули ее подготовку на задний план. Однако готовность Игоря Кана председателя Делового клуба Ассоциации корейцев Казахстана оказать финансовую поддержку в ее издании именно этом памятном году, форсировали весь предпечатный процесс. Так парал­лельно с завершением рукописи пошла полным ходом работа по поиску дополнительных иллюстраций, детализированных карт Приморья, старых фотографий; составлению списка корейских поселений; переводов с корейского и английского языков; разработка дизайна обложки и т.д.

Благодаря тщательно собранным в течение нескольких десятилетий сведениям из архивных документов, материалов переписей населения, статических сборников, справочной и отраслевой литературы, публикаций в газетах и журналах и научных трудов был создан фундамент для подготовки выхода книги в свет к главным меприятиям, посвященным 85-летию депортации корейцев из Дальвосточного края и их истории в Казахстане.

В заключение своего краткого предисловия к изданию хотел бы выразить слова искренней признательности всем моим коллегам — отечественным и зарубежным ученым, деливших­ся со мной книгами, материалами и своими знаниями. Простое их перечисление с указанием места работы и должности займет не одну страницу книги. Главное — помню всех поимен­но и благодарен вечно.

Техническую поддержку в подготовке рукописи книги оказа­ла научный сотрудник Интитута азиатских исследований Ауелбекова Диана, а московский дизайнер Егор Ким разрабо­тал эскизы обложек, одна из которых украшает книгу. Им адресую мою признательность.

Лариса Николаева, как всегда безукоризненно справилась с версткой и дизайном книги, за что ей выражается моя благо­дарность.

Выход книги в свет оказался бы невозможным, во всяком случае в этом году, без финансовой поддержки Игоря Кана — председателя Делового клуба АКК поэтому благодарить его должен не только я, но и вся широкая корейская обществен­ность и все заинтересованные в ней читатели.

Вечно благодарен моей жене Зарине за созданные мне комфортные условия и предоставленную возможность зани­маться любимой работой, не отвлекаясь на житейские мелочи, а также за добрые советы и переводческую помощь.

***

Мы в Telegram