Письмо Розового облака, присланное на проект «Я — кореец!», объявленный театральной студией «Хя-Донг» (рук. Вячеслав Цзю. 2010 г.) нашел интересным — очень просто, с некоторым литературным блеском рассказана история мятущейся души коре сарам по поводу своих обычаев и традиций. Спасибо рассказчику, за то, что имеем возможность посмотреть на себя со стороны.
Письмо присланное Розовым облаком.
Я по жизни — пессимист. У меня всегда было много причин, чтобы «париться»: «четверка» в школе, неудачный доклад в институте, неадекватные клиенты на работе. Я могла бы победить в номинации «Лучшая пароварка года». Поэтому на заморочки по поводу собственной оторванности от корейской культуры времени уже не остается. Давно прошли те времена, когда привезенные в Узбекистан бабушки и дедушки, с трудом приспосабливаясь к новым местам и языку, могли спросить на базаре: «Эта рыба называется почём?». И даже сталкиваясь с откровенным неодобрением в глазах знакомых узбеков: «Как? Ты не знаешь родного языка?»- я могу лишь равнодушно пожать плечами. Да, это стыдно (даже позорно), но я не приемлю идеи, что человеческие мысли должны выражаться на строго определенном языке, что какой-то из них имеет приоритет над другими. Разве от того, что я выскажу свое мнение на русском что-то изменится? Оно станет хуже? Трансформируется в нечто диаметрально противоположное? Сомневаюсь. Хотя, может быть, мне банально лень учить язык.
Подлинным испытанием для меня являются масштабные семейные торжества. На любом празднике я норовлю забиться в темный угол и схорониться там, хрустя яблоком и одобрительно посверкивая стеклами очков в сторону танцующих. Но с момента совершеннолетия такой фокус не проходит. Меня отлавливают и крепко держат за руку, не давая сбежать. Родители справедливо полагают, что знать родственников необходимо. Поэтому вечер всегда начинается одинаково, втиснутую в вечернее платье меня подводят к плеяде родственников и начинается:
— Это твой троюродный брат Максим… А вот это брат его жены Геннадий… А в дальнем углу машет хвостом третья собака второй жены старшего сына двоюродной сестры дедушки.
Усыпанная блестками елка в моем лице вымученно улыбается и пытается всю эту прорву информации усвоить. Хотя отлично сознает, что уже на следующей семейной сходке не отличит Геннадия от его жены, а третью собаку от пятого хомяка (хотя к концу вечера этого не сделает никто из присутствующих). Хуже всего, когда приходится на правах хозяйки вечера встречать гостей, расфасовывая их по столам. Тогда периодически случаются казусы:
— Здравствуйте, здравствуйте! Рады вас видеть! Ребята, а вы со стороны жениха или со стороны невесты?
— Да мы вообще-то салаты привезли…
Родственников приходится различать по наиболее ярким характеристикам:
— Ты что не помнишь мадабая Семена? Ты же с ним танцевала на Аниной свадьбе!
— Это который напился и пролил мне водку на платье, а потом оттоптал в танце все ноги?
— Да, он! Вот видишь! А говоришь, что не помнишь!
Утешает одно: родственники обладают аналогичной памятью (может, это у нас семейное?).
— Вся молодежь поела? — спрашивает мама во время подготовки к родительскому дню.
— Вся, вся, — заверяет ее приехавший помочь из колхоза дядя.
— А мой?- это она имеет в виду моего брата Сергея.
— И он поел! Я ему лично мясо нарезал.
Тут из комнаты выползает заспанный и голодный Серега, который если и видел это мифическое мясо, то только во сне. Дядя теряется в догадках, кому же он скормил злосчастный продукт. К счастью, на сцене появляется двоюродный брат Женя. Сытый и довольный жизнью.
— Вот он! — подпрыгивает кормилец, вытягивая обличительный перст в сторону вошедшего.- Это он! Это его я мясом кормил!
-Ага, — подтверждает кузен. — Целых два раза.
Но корейские традиции всегда соблюдаются, даже если сами участники не уверены в правильности ритуала. Сегодня невестка может метеором увести на асянди сито с деньгами из рук свекрови, посчитав, что молодой семье деньги нужнее. Невеста, выходя из лимузина, может прыгать в широком кринолине как джейран, стараясь не наступить на рис и красную дорожку. И смотреть расширенными от ужаса глазами (что в принципе для кореянки красиво) на родственников. Еще бы, ведь одна половина советует все-таки на ткань и зерновые наступать, а другая категорически это делать запрещает. Случай абсолютного отказа от традиций я видела лишь раз: на юбилее маминой коллеги. Именинница решила провести стандартный праздник без всяких отличительных особенностей вроде поклонов. Все шло тихо-гладко до предоставления слова коллегам. Директор-кореянка в поздравительной речи напомнила, как важны для каждого народа традиции и язык, поклонилась и спросила напоследок:
— Может кто-то еще хочет поклониться юбилярше?
Что тут началось! Оказывается, хотели все (только скромно молчали). Мгновенно на поклон сбежались многочисленные братья-племянники-внуки и просто друзья-энтузиасты.
Все относятся к традициям по-разному. Кто-то не заметит их несоблюдения, а кого-то это полоснет по сердцу. Поэтому я, как и все, буду прыгать джейраном вдоль красной дорожки на свадьбе и складывать тело в неуклюжий поклон на юбилеях. Ведь есть люди, для которых это важно.
Комментариев пока нет, но вы можете оставить первый комментарий.