«Надежда Шек. О вечном». Путь к себе

Дорогие друзья! Появилась возможность публикации книги «Надежда Шек. О вечном». Книга доступна по адресу: https://koryo-saram.site/wp-content/uploads/2022/11/nadezhda-shek-o-vechnom.pdf, а так же при клике на верхнюю картинку.

И отдельно предлагаю вашему вниманию главу «Путь к себе».

Автор-составитель Елена Борисова

Мы с Надеждой много говорили о ее пути. Как ни удивительно, особенно много уже тогда, когда я уехала из Архангельска. Мой отъезд совпал с тем временем, когда она стала все чаще задумываться о своих этнических корнях.

Конечно, она никогда от них не отказывалась, да и странно было бы. Большая часть ее молодых работ – восточные лики, самодостаточные, то привлекательные экзотической красотой, то интригующие загадочностью. Но прощальная встреча с отцом болезненно задела некие струны, связывающие Надю с далекой исторической родиной. Она вдруг, как медитирующие герои ее скульптур, стала погружаться в себя, выискивая в душе нечто важное, что могло бы объяснить ей собственную натуру. Куда-то девалось прежнее душевное равновесие. «Кто я? – спрашивала она себя в те дни. – Русская? Не похожа… Кореянка? Даже языка не знаю. И никакого представления о Корее…»

В те годы, четверть века назад, все вокруг менялось. Исчезла прежняя стабильность, зато возникли новые возможности. Открылись границы, запахло воздухом свободы. В девяностые годы Архангельск, как когда-то, сто лет назад, вновь стал воротами в Арктику. Архангельских художников охотно стали приглашать с выставками в скандинавские страны. Надежда съездила в Норвегию. Потом была международная биеннале по камню в Москве, и она триумфально выступила там со своей композицией «Созерцание вечности». Потом была выставка в Музее Востока, очень важная для Надежды: именно там ее заметили сотрудники Корейского посольства, пригласили в свой Культурный центр и порекомендовали показать работы в Корее.

Я думала, она вернется из своей первой корейской поездки счастливая – все-таки международное признание! А Надя, рассказывая о Корее, вдруг расплакалась. Она ведь ехала туда не только как скульптор, но и как дочь своего отца, всю жизнь мечтавшего побывать в Корее. Она как бы вместо него поехала знакомиться с родиной предков. И неожиданно испытала огромное разочарование: там все оказалось чужим. Чужие люди, непонятная манера поведения, странные привычки. И да, чужой язык. Вернулась с раздраем в душе и с новыми вопросами к себе самой: «Кто я? Чья я? Неужели ничья – и не русская, и не кореянка?»

Восточная внешность всегда выделяла меня, в любой среде. В узбекском детстве дразнили, могли и камень бросить вслед. В художественном студенчестве называли нэцке за миниатюрность. В таком положении есть большой плюс: вырабатывает собранность, приходится всегда быть ответственной за все свои внешние проявления, ведь ты вечно на виду. Но это внешнее. Кто я на самом деле – человек с восточными корнями, выросший на русской культуре? Выставочная деятельность неожиданно, но закономерно дала мне возможность увидеть страну потомственных трудоголиков с культом знаний. К встрече с корейцами я была не готова по незнанию языка. Зато готовилась как художник: отлила портрет отца в бронзу, сделала работу, посвященную жертвам репрессий по национальному признаку. Выставка имела успех, а я получила нервный срыв, испытала великий стыд, увидев свою оторванность от культуры корейцев.

На следующий год галерейщик Пак Чан Каб пригласил меня уже на симпозиум по камню в Сеул. Каково же было мое изумление: национальность всех скульпторов не соответствовала государствам, которые они представляли на международном симпозиуме. Все, как и я! Смешение национальностей, глобализация… Был интересный эпизод. Мой ассистент уступил мне место. На Востоке женщина всегда на втором месте после мужчины, но в ответ на презрительное удивление других корейцев ассистент сказал: «Она маэстро!» В итоге симпозиума моя скульптура «О вечном» стала одним из украшений Национального парка.


О вечном.
2002. Базальт. Национальный парк Гим Чеон, Сеул, Южная Корея

В ту первую поездку в Корею Надежда везла очень важную работу «Чужая дорога». Она трогает меня бесконечно, эта фигурка из дерева. Старая женщина понуро бредет по пустой дороге. И кажется, что это не маленькая дощечка с наклоном под ее ногами, а бесконечный путь неизвестно куда. Туда, где никто не ждет… Первоначально работа имела длинное название: «Памяти репрессированных по национальному признаку» – чтобы образ был понятен и тем, кто незнаком со скорбной судьбой корейского народа в нашей стране.

Идея скульптуры появилась после встречи со Светланой Николаевной Дегай. Ранее она возглавляла Культурный центр при Союзе художников Архангельска, а теперь живет в Москве и издает многотомный труд, посвященный корейцам, репрессированным в России в 1934–1939 годах. Меня поразил масштаб потерь лучшей части маленького народа, к которому я принадлежу.

 

Как выразить трагедию? Нет ничего страшнее потери детей. Вспомнилась мне сестра моего отца. Ее все очень любили за сердечность. Было в ней что-то особенное, непостижимое детскому тогда уму, но особое молчаливое отношение родных ощущалось, была тайна. Что стояло за фигурой этой женщины, стало понятно только теперь. Ее старший сын в 20-е годы поехал работать в Южную Корею. После депортации корейцев с Дальнего Востока в Среднюю Азию связь с сыном оборвалась навсегда. Ведь связи с заграницей ставили под удар всю многочисленную родню.

Так родился образ пожилой женщины в национальном платье, одиноко бредущей по старой дороге жизни… Скульптура впервые экспонировалась в Культурном центре Посольства Республики Корея в 2001 году. Ее репродукция опубликована в 5-м томе книги «Корейцы – жертвы политических репрессий в СССР, 1934–1938 гг.».

Теперь, мне кажется, оглядываясь на все прошедшие годы, Надежда договорилась сама с собой. В самом деле, две могучие культуры, соединившись в ней, обогатили ее личность и творчество. Эта двойственность перестала быть проблемой, теперь она, скорее, источник дальнейшего самопознания и основанного на нем творчества.

Поиски корейского в себе чем дальше, тем больше занимают Надю, прекрасно сочетаясь с ее христианским мировоззрением. Недавно она наткнулась в интернете на книгу своего соплеменника, изданную полвека назад и переведенную на русский, и с огромным воодушевлением обнаружила, что автор, пишущий о традиционном корейском характере, как будто называет черты, присущие ей самой.

Там такие замечательные вещи: «Ни один народ не плачет столько, сколько корейцы». А я думаю: вот почему я такая плакса! А потом, они любят веревочки, тесемочки. К моей сестре еще в школе всегда обращались, если у кого-то что-то порвется: «У Любы всегда есть с собой веревочки». Она их обожала! А еще чувство долга. А еще упрямство, упертость. А еще любовь к земледелию. Я-то думала, это мои личные качества, а оказывается, они национальные.

Надежда, конечно, очень творческий человек и прирожденный художник, гармонизирующий весь мир вокруг себя. И не зря она все чаще называет себя счастливицей. В самом деле, ей повезло во многом: реализоваться и в профессии, и в семейной жизни, обрести все то, о чем мечтали родители, включая знакомство с Кореей. Но она не из тех, кто останавливается, успокоившись на достигнутом. Впереди планы, идеи. Множество задумок. И вообще – вокруг столько всего интересного, ожидающего ее острого художнического глаза, ее трудолюбивых рук.

***

Мы в Telegram

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир

Комментариев пока нет, но вы можете оставить первый комментарий.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Translate »