Корейцы в России глазами английской исследовательницы

О. С. Пироженко (Москва)

Корейцы в России глазами английской исследовательницы

(к публикации глав из книги И. Бишоп)

25 июля 1894 г. капитан Того, командир японского крейсера «Нанива», будущий адмирал и командующий объединенным флотом Японии, отдал приказ о торпедной атаке шедшего под английским флагом корабля «Гао-шэн», на котором находились 1200 китайских солдат. Началась японо-китайская война 1894—1895 годов, в ре­зультате которой произошел окончательный перелом в расстановке сил на Дальнем Востоке. Китай утратил значительную часть своего былого влияния в регионе, и на его место начала претендовать быстро развивающаяся Страна Восходящего Солнца. Корея впервые за сотни лет получила формальную независимость, которая в дейст­вительности означала лишь устранение еще одного препятствия на пути стремив­шейся к ее закабалению Японии. Именно в этот период известная английская путе­шественница и писательница Изабелла Бишоп собирала в Корее, Маньчжурии и Си­бири материал для своей очередной книги «Корея и ее соседи» («KoreaandHerNeighbours»), которая была издана 10 января 1898 г. в Нью-Йорке.

И. Бишоп родилась в 1831 г. в Англии. В 1854 г. вышла ее первая книга — пу­тевые заметки «Англичанка в Америке», снискавшая широкую популярность. Заин­тересовавшись Востоком, она посетила Японию в начале 90-х годов XIX в., после чего в свет вышла книга «Неисхоженная Япония» («TheUntroddenJapan»), благода­ря которой И. Бишоп получила признание как мастер жанра путевых заметок и ста­ла членом авторитетного Королевского азиатского общества (RoyalAsiaticSociety). С марта 1894 по март 1897 годов она совершила четыре путешествия в Корею, со­вершенно неизвестную тогда европейскому читателю. Благодаря ее литературному таланту, наблюдательности и эрудиции западный читатель смог из первых рук по­знакомиться со страной, дольше других государств Дальнего Востока остававшейся закрытой для внешнего мира. Книга И. Бишоп о Корее имела большой успех и не­однократно переиздавалась в Великобритании и США.

Она и сегодня не утратила своего значения, являясь ценным источником по ис­тории и этнографии Кореи. В 1970 г. она была переиздана в Республике Корея, а в 1996 г. переведена на корейский язык. В нашей стране книга «Корея и ее соседи» долгое время была библиографической редкостью. Публикуемый в настоящем аль­манахе перевод ее нескольких глав («Нагасаки — Владивосток», «Корейские посе­ленцы в Сибири», «Транссибирская железнодорожная магистраль»), по нашему мнению, может представлять особый интерес для российского читателя, так как в них И. Бишоп рассказывает о жизни корейских переселенцев в России и о ситуации в российском Приморье в конце XIXв.

И. Бишоп пробыла в Корее около 11 месяцев. Этого недолгого времени ей ока­залось достаточно, чтобы внимательно изучить государственное устройство Кореи, обычаи и верования населяющего ее народа, получить представление о его истории. Она путешествовала на лодках и пешком, на лошадях поднималась в Алмазные го­ры (Кымгансан), встречалась с королевской четой — королем Коджоном и короле­вой Мин, читала местные газеты. Нигде И. Бишоп не расставалась с фотокамерой, и фотографии придают особый вес ее рассказам. По словам самой писательницы, ни одна книга не давалась ей так тяжело, как эта. Страна раскрывалась перед ней по­степенно: первый визит не пробудил в И. Бишоп особого интереса к Корее. Она на­шла ее менее привлекательной, чем любое государство из тех, которые ей до того довелось посетить, и в первых главах ее книги часто встречается слово «варвар­ский» Не скрывая своих впечатлений, со свойственными некоторым представителям такой колониальной державы, как Британская империя, пренебрежением по отно­шению к «отсталым народам», она пишет, что считала корейцев «отбросами челове- чества»¹, пока не увидела поселения корейцев в Сибири, куда она отправилась, же­лая составить об этом народе как можно более полное впечатление. Ее описание их жизни, уровень которой неожиданно для нее оказался намного более высоким, чем уровень жизни корейцев собственно в Корее, имеет для российского читателя осо­бое значение.

В зарубежной и российской историографии, посвященной истории корейской диаспоры в России, долгие годы преобладали негативные оценки, суть которых сво­дилась к тому, что с первых дней пребывания корейцев на российской земле они подвергались дискриминации и ассимиляции, что их культура безжалостно попира­лась. Трагические события конца тридцатых годов XX в. (насильственное переселе­ние корейцев с Дальнего Востока в Казахстан и Среднюю Азию) еще более укрепи­ли в мире это стереотипное представление.

Нельзя отрицать, что в Российской империи жизнь переселившихся сюда корей­цев была весьма непростой, поскольку не может быть простой адаптация к совер­шенно другой цивилизации. Насильственная депортация корейцев с Дальнего Вос­тока в 1937 г. была преступлением сталинского режима, которое невозможно оправ­дать. Но вряд ли следует считать объективными высказываемые в отдельных рабо­тах односторонние оценки, ставшие причиной возникновения стереотипа об изна­чально проводившейся русским правительством политике дискриминации корейцев. В российских архивах хранится множество свидетельств гуманного отношения к корейцам российской администрации и простых людей с первых дней их пребыва­ния в России (1863 г.). Обстоятельства появления на российской земле в 1869 г. вто­рой волны переселенцев были настолько трагическими, что можно с полной уве­ренностью сказать, что без помощи со стороны России корейских беженцев ждала бы либо голодная смерть на российской территории, либо казнь у себя на родине, где они были объявлены предателями и подвергались жестоким преследованиям. В работе И. Бишоп есть свидетельства того, что корейцы в России нашли не только убежище, но и возможность обеспечить себе достойную жизнь.

Книга И. Бишоп — редкое свидетельство зарубежного автора, объективно пове­ствующее о положении корейцев в России в 90-е годы XIXв. Она тем более ценна, что написана человеком, не вполне доброжелательно настроенным по отношению к России, поскольку вторая половина XIXв. была периодом резкого противостояния между Россией и Англией, что не могло не отразиться на позиции английской ис­следовательницы.

Этот конфликт двух сильнейших государств того времени оказал большое вли­яние на судьбу Кореи. В своем противостоянии с Россией английское правительство всегда стремилось найти союзника на ее границах, чтобы чужими руками ограни­чить распространение российского влияния в Азии. Но если до последней четверти XIXв. и Англия, и Россия рассматривали Дальний Восток как второстепенное с геополитической точки зрения направление в своей борьбе, то со второй половины 80-х годов XIXв. именно в этот регион перемещается главный узел противоречий двух великих держав. Раздел сфер влияния в Средней Азии был практически завер­шен, и завершен скорее в пользу России, которой удалось приблизиться к Индии — «жемчужине британской короны» — и добиться значительного влияния в Иране. Британская дипломатия старалась компенсировать эту свою неудачу успехом на Дальнем Востоке и сделать все возможное, чтобы не допустить усиления здесь по­зиций России.

С середины XIXв. в своей политике на Дальнем Востоке Англия делала ставку на Китай, что определялось не только военными возможностями этого государства, но и его географическим положением, которое позволяло Великобритании рассчи­тывать на поддержку китайской армии против России в случае конфликта в Средней Азии. В 1890-е годы, с перемещением центра тяжести англо-русских противоречий на Дальний Восток, более ценным союзником для Англии в ее противоборстве с Россией стала обладавшая растущими современными вооруженными силами Япо­ния, чья агрессивная политика в Корее и в Китае неизбежно должна была привести к столкновению японских и российских интересов. Поэтому британская дипломатия промолчала, когда японской торпедой был потоплен шедший под английским фла­гом и управлявшийся английским капитаном корабль «Гао-шэн». Это было началом англо-японского сближения, результатом которого стал антироссийский союз, за­ключенный в Лондоне в 1902 г.

С целью добиться поддержки такой политики общественным мнением как в Англии, так и в странах Северо-Восточной Азии, британская дипломатия постоянно подчеркивала опасность, которую Россия якобы представляла для своих дальневос­точных соседей. С ее легкой руки родился миф о русской угрозе Корее, который до сих пор поддерживает большинство южнокорейских историков. С начала 80-х годов XIX в. об этой опасности заговорили не только в Англии, но и в Японии и в Ки­тае — в прессе, в научных публикациях, беллетристике². Мифическое стремление

России захватить Корею стало оправданием любых враждебных действий против Кореи — будь то захват английским флотом островов Комундо в 1885 г. или много­летняя японская агрессия. Поэтому неудивительно, что, путешествуя по Приморью, И. Бишоп уделяет большое внимание военному аспекту освоения Россией этого ре­гиона. Необходимо отметить, что многочисленные антироссийские публикации в англоязычной дальневосточной прессе конца XIX в., находившейся под покрови­тельством Великобритании, в дальнейшем стали источником для написания много­численных научных работ антироссийской направленности как на Западе, так и в Азии. В них «российская угроза Корее» уже не ставилась под сомнение и воспри­нималась как данность. При этом обстоятельства, пробудившие к жизни подобные публикации, острый геополитический конфликт между Россией и Великобританией во второй половине XIXв. игнорировались и сообщавшиеся английской прессой факты критически не рассматривались³. Интересно, что И. Бишоп, которая регуляр­но, и, как это становится очевидным из ее книги, весьма критически читала англоя­зычную дальневосточную прессу, о «российской угрозе Корее» ни словом не упо­минает.

Безусловно, И. Бишоп не могла не смотреть и на Корею, и на Россию с позиций своей страны, но в то же время труд этой исследовательницы никак нельзя упрек­нуть в предвзятости. Особое уважение вызывает объективность, с которой она рас­сказывает и о жизни корейцев в Приморье, и о положении на российско-корейской границе. И публикация этой части работы английской исследовательницы, которую невозможно заподозрить в симпатиях к России и стремлении приукрасить действи­тельность в ее пользу, кажется нам важной для объективного понимания политики России в отношении Кореи в конце XIX в.

Целью поездки И. Бишоп в Приморье было исследование условий жизни ко­рейской диаспоры, но в трех главах, посвященных русскому Дальнему Востоку, ей удалось также дать довольно полную картину жизни этой части Российской Империи в тот период, дать живое описание Владивостока и других приморских городов. В первой из предлагаемых вниманию читателей данного альманаха глав книги И. Бишоп, «Нагасаки — Владивосток», писательница рассказывает о своем путешествии в Рос­сию и о впечатлениях, которые на нее произвела столица русского Приморья. Вторая глава почти целиком посвящена российским корейцам, изучая жизнь которых писа­тельница путешествует к границе России с Китаем и Кореей. В последней из посвя­щенных России глав содержится характеристика одного из крупнейших предприятий своего времени, Транссибирской железнодорожной магистрали. В ней И. Бишоп вы­сказывает свои соображения относительно будущего русского Дальнего Востока и де­лает прогнозы, которые дают нам возможность почувствовать дух того времени — времени успехов и стремительного развития России.

Ниже предлагается наш перевод глав XVIII—XXиз книги И. Бишоп. Перевод сделан по изданию университета Ёнсе 1970 г.:I. B. Bishop.Korea and Her Neigh­bours» (Series of Reprints of Western Books on Korea No. IV), pp. 213—244. «Звез­дочкой» отмечены примечания самой И. Бишоп, которые помещены внизу страницы.

Примечания

¹    Bishop I.B. Korea and Her Neighbours. Seoul: Yonsei University Press, 1970, p. 236.

²     Так, 1880 г. китайским дипломатом Хуан Чжунсянем по прямому указанию Ли Хунчжана был написан для ванаКоджона трактат «Тактика для Кореи» («Чосончхэнняк»), в соответ­ствии с которым главную «опасность» для Кореи представляла Россия.(Симбирцева Т. М. Некоторые оценки южнокорейскими историографами характера российско-корейских от­ношений в XIX веке. — «100 лет петербургскому корееведению».Материалы международ­ной конференции, посвященной столетию корееведения в С.-Петербургском университете. 14—16 октября 1997 г. СПб., 1997.)

³     Ярким примером работ такого рода недавнего времени может служить опубликованная в Сеуле в 1990 г. брошюра Сон Джонхвана «История русской агрессии в Корее (Росиа-ыйЧо­сончхимнякса)».

Источник:  Российское корееведение. Альманах, №2, 2001